Алексей Шепелев В продолжение разговора о переиздании писателей состоявшихся, вроде Бориса Васильева или Джорджа Оруэлла, я хочу отметить совсем новых, моих ровесников, даже книжек еще не имеющих.
Завершил свою работу IV Форум молодых писателей России. Корифеи форума разбредаются по сборникам и толстым журналам. Некоторые молодые остаются - наедине со своим дебютом - "не формат"┘
Для меня открытием стали два автора, пишущих крупную прозу, - Иван Аксенов и Александр Грищенко. Совершенно разные, объединяет их только возраст (им обоим по 22), талант, да здоровая, но, по-моему, несколько чрезмерная амбициозность - в творчестве и в жизни.
Повесть Грищенко "Вспять" (сам автор претенциозно именует ее "поэма в прозе") - вещь явно модернистская, которая едва ли вписывается в известную концепцию "нового реализма" (пардон, дорогой Шаргунов). Главная идея ее - движение, течение, наподобие рассказа Пелевина "Водонапорная башня" (тот, что написан "в столбик" без заглавных букв и знаков препинания), но в финале автор поворачивает это течение вспять - предложением "Я родился". В начале соответственно дается история возникновения самого топоса - описание (довольно похожее на фэнтези) пустыни и города в ней, где родились предки героя и он сам ("ташкентцы поймут, что это Ташкент", - комментирует автор), дома, в котором он родился и вырос, всех его бытовых вещичек, полных глубинного символизма, - этакая "Белая гвардия". Затем, как было уже сказано, сознательная воля автора показывает нам относительность времени, его коловращение, да еще и с выходом из сего "колеса Сансары". Концепция, конечно, не новая, но реализована с художественной точки зрения достаточно убедительно. Милые подробности домашнего уюта - такие узнаваемые, родные (поскольку общие для всего нашего поколения 20-30-летних), только вот не такие выпуклые и живые, как, например у Набокова или Газданова. Или то же самое можно найти в повести молодого новосибирского поэта-авангардиста и прозаика Виктора Iванива "Город Виноград", где все это более поэтично и изобретательно.
Лирический герой Ивана Аксенова (роман "Готы") - молодой раздолбай, проявляющий, однако, время от времени завидную силу воли, "волю к власти". Писатель, он зациклен на этом своем писательстве и половых актах как некой "миссии", слушает готическую рок-музыку, тусуется на кладбищах, учится в Литинституте┘ У Аксенова - свой стиль (особенно бросается в глаза построение фразы: опущено личное местоимение - он, а не я, как у большинства начинающих прозаиков, - используется конструкция несовершенного вида), так сказать, волевой. Местами несколько затянуто (для такой-то установки!), но в целом интересно - особенно для тех, кому малознаком готический антураж. Реализм, короче, и гиперреализм (текст изобилует ненормативной лексикой, эксплицитными и откровенными описаниями интима).
Подводя итоги сказанного, следует отметить, что названные авторы представляют, как мне кажется, две противоположные тенденции в нашей молодой прозе. Векторы эти были, есть и будут, и одно уж точно и отрадно - сие уже точно никакой не постмодерн.
