Игорь Коротченко -ГЕОРГИЙ ИВАНОВИЧ, с какими результатами Воздушно-десантные войска встречают свой профессиональный праздник?
- Части и подразделения ВДВ закончили зимний период обучения организованно, с удовлетворительными результатами. Сейчас начался летний период обучения, он у нас считается напряженным, потому что летом мы работаем с наибольшей отдачей. И к концу года результаты у нас обычно выше, чем в зимний период обучения.
Сегодня у нас около трех тысяч человек продолжают выполнять боевую задачу в Чечне, в том числе две усиленные батальонные тактические группы 104-го парашютно-десантного полка, которые полностью укомплектованы контрактниками. По докладам офицеров штаба ВДВ, командира 104-го пдп, который там находится, по оценкам командующего ОГВ и командующего войсками СКВО, претензий к группировке ВДВ нет. Мы отличаемся в лучшую сторону среди всех тех, кто находится в Чечне. Мы ценим это, стараемся удержать призовое место по всем позициям, в том числе - по выполнению боевых и разведывательных задач. Неплохие результаты есть и по разминированию.
Продолжается эксперимент в 76-й воздушно-десантной дивизии. Я только что вернулся оттуда. Дивизия на 70% укомплектована контрактниками. Завершается комплектование 234-го пдп, который, по всей видимости, в декабре заменит 104-й полк в Чечне. Идет усиленная боевая учеба 234-го полка, особенно двух батальонных групп, которые уже укомплектованы полностью.
В остальных дивизиях боевая учеба также идет по плану. Срывов мероприятий нет. В частности, 25 июля завершилось командно-штабное учение 31-й воздушно-десантной бригады. Десантировалось 700 человек. Руководитель учений генерал-майор Исаханян доложил, что все прошло штатно.
- В последнее время ВДВ не могут пожаловаться на отсутствие внимания со стороны руководства Министерства обороны. Сергей Иванов посетил несколько воздушно-десантных дивизий и ознакомился с ситуацией на месте. Каковы роль и место ВДВ в общей структуре Вооруженных сил РФ? Какое будущее их ждет?
- Я неоднократно говорил о том, что страны НАТО продолжают совершенствовать свои войска быстрого реагирования. И, наверное, эта тенденция обоснована, ибо последние войны ХХ века и века нынешнего показали, что сегодня первоочередное внимание необходимо уделять авиации, военно-морским силам, а также воздушно-десантным войскам или силам быстрого реагирования. В Великобритании эта компонента составляет 18% от общей численности вооруженных сил, в США - около 15%, в Германии - 12%, у нас же - всего 2,5%. Я считаю, что этого явно недостаточно. Протяженность российской сухопутной границы составляет 22 тысячи километров, у нас необъятные просторы, и нет возможности держать группировки на всех направлениях, прикрыть тот или иной участок границы. Необходимы войска, которые способны быстро реагировать на все изменения обстановки и готовы применить силу или просто дать понять, что она может быть применена.
Такие войска у нас есть - это ВДВ. Все наши соединения считаются частями постоянной готовности. Мы стараемся совершенствовать эту систему. Хотя некоторые говорят, что у нас не хватает самолетов и вертолетов, однако ВДВ способны в кратчайшие сроки десантироваться парашютным или посадочным способом в любой точке России. И, естественно, адекватно отреагировать на возникающие угрозы и вызовы.
Мы продолжаем получать, хотя и в небольшом количестве, новую технику. Это БМД-3, современные ночные прицелы и др. У нас довольно приличное стрелковое оружие. Проводим много испытаний, научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по развитию вооружения и техники в интересах ВДВ. И министр обороны, и Генеральный штаб пристально следят за развитием Воздушно-десантных войск.
- МИД РФ не исключает возможности участия российского контингента в составе международного контингента в Ираке, если такое решение будет принято Советом безопасности ООН. Пригодится ли в этой стране балканский опыт ВДВ?
- Мы были первыми в Югославии, и в течение 10 лет действительно приобрели и совершенствовали опыт применения миротворческих сил. Я считаю, если будет принято решение правительства и президента использовать ВДВ в качестве миротворцев в Ираке, мы с удовольствием выполним такую миссию. Она трудная, опасная, но почетная. По существу у нас каждый второй офицер-десантник, который проходил службу в эти годы, побывал на Балканах и знаком с функциями миротворцев.
- У российской армии есть потенциальный противник?
- По нашей доктрине такого явного противника у нас нет.
- А если говорить о борьбе с терроризмом? Ведь ВДВ лучше, чем кто-либо в ВС РФ приспособлены для такой деятельности.
- Терроризм - это абстрактный противник. Его же не видно. Мы можем бороться с терроризмом, если появляются какие-то банды, большие организованные соединения - тогда дело другое. А так мы ведь не можем целой дивизией гоняться за одиночным террористом или шахидкой. Для этого есть соответствующие силовые подразделения спецслужб, именно они обязаны бороться с терроризмом. Хотя первая и вторая кампания в Чечне показали: Воздушно-десантные войска способны воевать в тяжелейших условиях горной и горно-лесистой местности с хорошо вооруженными формированиями противника.
- Какова роль разведки ВДВ?
- У нас 45-й отдельный разведывательный полк постоянно находится в Чечне. Он разделен на две части, которые меняют друг друга. Полк пользуется большим авторитетом у начальника Главного разведывательного управления Генштаба. Этот авторитет завоеван работоспособностью, умением действовать в тяжелейших условиях, беспримерной храбростью и мужеством наших офицеров и прапорщиков. Десятки, сотни примеров можно привести, как героически действуют наши ребята в Чечне. Это настоящие профессионалы-разведчики. Многие награждены орденами и медалями. Семь разведчиков стали Героями России.
Мы постоянно уделяем этому разделу боевого обеспечения самое пристальное внимание. И военный совет ВДВ, и я как командующий. У нас есть нештатный разведвзвод в батальоне, штатная разведрота в каждом полку, в дивизии имеется отдельная разведывательная рота. Мы стараемся укомплектовать их достойными офицерами, которые туда назначаются только на конкурсной основе, пройдя через аттестационную комиссию. Так же тщательно отбираем туда и солдат. В течение первых шести месяцев идет сколачивание подразделения, и только после этого мы можем использовать разведывательные органы по их прямому предназначению. В целом разведка у нас неплохая, действует она успешно.
- Что мешает решить задачу по захвату или уничтожению политических и военных лидеров чеченских сепаратистов?
- На протяжении последних лет они накопили колоссальный опыт противодействия нашим разведывательным органам и агентуре. Они совершенствуют свою систему охраны и обороны, а мы должны совершенствовать систему розыска и нападения. К великому сожалению, я не являюсь профессионалом в этом деле. Но, как военный, считаю - и факты говорят о том же - предпринимаются недостаточные меры для их розыска, поимки или уничтожения.
В свое время мы предлагали создать на базе одного из наших полков группу быстрого реагирования численностью несколько сот человек с приданным ей вертолетным отрядом. Разведгруппы действуют по всей Чечне, а эта группа быстрого реагирования находится в готовности блокировать любой район Чечни через несколько минут после получения данных о месте нахождения лидеров боевиков. Но почему-то нам навстречу не пошли и продолжили поиск этих бандитов какими-то своими методами. Как видите, пока они к успеху не привели.
- Опыт американцев свидетельствует, что материальный фактор в работе с агентурой имеет решающее значение. Последний пример - операция по нейтрализации сыновей Саддама Хусейна. Что нам мешает пойти в Чечне по тому же пути? Официально назначить награду за голову Масхадова и Басаева в размере, скажем, 5 миллионов долларов, дать гарантии безопасности потенциальным осведомителям?
- Сегодня руководство в Чечне осуществляет ФСБ. Они отвечают за это дело. Мы, военные, не имеем права вмешиваться. Хотя я еще раз повторю: если бы мне целиком и полностью доверили эту операцию, то, конечно, мы бы добились нужного результата.
- Вы подходите к определенному возрастному рубежу, после которого ваша судьба может круто измениться. С вами кто-то уже говорил по этому поводу?
- Полтора месяца назад у меня состоялась беседа с министром обороны. В дружеской и обаятельной обстановке пришли к мнению, что мне надо уходить.
Я подал рапорт и готовлюсь к увольнению. Прошел медицинскую комиссию. 8 сентября мне исполняется 60 лет.
- Что планируете делать дальше?
- Пока окончательного решения не принял. Я думал баллотироваться в Государственную Думу по избирательному округу в Пскове, но, к сожалению, "Единая Россия" выдвинула там такого же десантного генерала, как я.
- Кого же?
- Сигуткина (советник Бориса Грызлова. - И.К.). Получается, два десантных генерала будут драться между собой. Это некрасиво. Поэтому я отказался от выдвижения своей кандидатуры.
- Мне кажется, что с учетом вашей популярности любая партия - от правых до левых - хотела бы видеть ваше имя в федеральном списке.
- Не мне судить о моих способностях. Пока официальных предложений я не получал. Если они последуют, тогда и буду решать.
- А кому вы симпатизируете? Какая идеология вам ближе всего?
- Наверное, левоцентристская.
- Возможность вашего использования на государственной службе рассматривается?
- Я для себя такую возможность не исключаю. Можно было бы стать и государственным чиновником.
- Кто будет вашим преемником на посту командующего ВДВ?
- Свое мнение по этому вопросу я высказал. Все эти годы я укреплял ВДВ, сделал для них все, что мог, отдал столько сил, энергии для того, чтобы сохранить их боевой потенциал, кадровый костяк, традиции, высокий моральный дух. Если с моим мнением не посчитаются, это будет очень неприятно и для меня, и для Воздушно-десантных войск.
