Госбанкиры ударили по Центробанку...

Фото Reuters

Одна произнесенная как будто вскользь и в шутку фраза потенциально может стать поводом для пересмотра если и не всей экономической политики, то, вероятно, некоторых подходов к информированию бизнеса и общества о принимаемых решениях. Имеется в виду фраза представителя одного из крупнейших банков страны по поводу денежно-кредитной политики Центробанка (ЦБ).

В кулуарах состоявшегося на прошлой неделе съезда Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) глава ВТБ Андрей Костин сообщил, что он перестал прогнозировать ключевую ставку ЦБ. «Я перешел на погоду – проще угадать», – заявил банкир (цитата РИА Новости). Костин уточнил, что если к концу года ключевая ставка снизится до 12%, то это уже будет хорошо.

В условиях сложных «взаимоотношений» бизнеса с ЦБ такое заявление может показаться стороннему наблюдателю чуть ли не ударом в спину и подрывом и без того слабого доверия к регулятору.

Хотя все прогнозы, которые призваны давать ориентиры, публикуются Центробанком в открытом доступе. Февральская версия прогноза предполагает, что ключевая ставка в среднем за 2026 год будет в диапазоне 13,5–14,5%. Другое дело, что эти прогнозы периодически пересматриваются. Яркий пример – перенос достижения таргета по инфляции (4%) на более поздние сроки.

Но похожие претензии можно предъявить и к прогнозам правительства, которые уже на этапе принятия бывают противоречивыми (одни спрогнозированные тенденции порой не бьются с другими) и далекими от реальности. И это не мешает им становиться основой для бюджета и влиять затем на госрасходы.

Так что ЦБ в ответ на свою риторику получил мощный сигнал о том, что в его коммуникации произошел системный сбой. Однако системный сбой видится не только в этом, но и в принципе в межведомственной координации.

На прошлой неделе Эльвира Набиуллина выступила на пленарном заседании Госдумы, посвященном рассмотрению годового отчета Банка России за 2025 год. Как она пояснила, если бы Центробанк ничего не делал, то инфляция в России по итогам 2025 года вполне могла бы подскочить и до 25, и до 30% (сам этот тезис, впрочем, тоже приходится принимать скорее на веру). «Но по итогам 2025 года инфляция уменьшилась до 5,6%. Это наименьшее значение с 2020-го, но по-прежнему много», – сказала глава ЦБ.

Набиуллина напомнила о январском всплеске цен, вызванном повышением налога на добавленную стоимость, тарифов и утильсбора. Впереди будут новые всплески. «Еще предстоит повышение тарифов на жилищно-коммунальные услуги осенью. Из-за всех этих факторов инфляция по итогам года будет чуть выше цели в 4%», – предупредила глава ЦБ.

Из чего напрашивается вывод, что в новых реалиях одной ключевой ставки для достижения экономического баланса действительно больше недостаточно. Настоящим ключом к снижению инфляции можно было бы назвать структурную перестройку экономики, на которую ЦБ повлиять не в состоянии.

А без этой структурной перестройки всегда найдутся монополисты, обладающие достаточным лоббистским весом, чтобы на фоне чрезмерно дорогих кредитов, недоступных инвестиционных ресурсов и экономического упадка рассчитывать на особый подход правительства в вопросах субсидирования, преференций и тарифной политики.

Эту проблему ранее обозначил главный экономист ВЭБ.РФ Андрей Клепач: сложившаяся в России система управления характеризуется не только доминированием финансовых мотивов, но и приматом как частных, так и ведомственных интересов над собственно системными общегосударственными задачами.

Отсюда – преобладание «ситуативных, фрагментарных, краткосрочных государственных и корпоративных решений над системным целостным стратегическим управлением» (см. «НГ» от 11.03.26). Отсюда же – противоречия в транслируемых разными ведомствами картинах мира.

Часто расстановкой акцентов и некоторых точек над «i» в такой разноголосице занимается президент Владимир Путин. На прошедшем в конце минувшей недели пленарном заседании съезда РСПП он сообщил, что России удается «добиваться устойчивой и предсказуемой динамики инфляции и безработицы». Сделал президент и особое предостережение. 

«Сейчас, когда не только растут котировки нашего традиционного экспорта, но и рынки «лихорадит», может появиться соблазн воспользоваться ситуацией, получить конъюнктурные доходы и, что называется, их «проесть», пустить на дивиденды либо, что касается уже государства, раздуть бюджетные расходы, бюджетные траты», – описал он ситуацию.

«Нужно сохранять благоразумие, – продолжил Путин. – Необходим умеренный консерватизм и умеренный консервативный подход как в корпоративной сфере, так и в государственных финансах».