Визит или провокация?

Новоизбранный президент Турции Абдулла Гюль побывал с двухдневным визитом в северной части Кипра. Об этом визите сообщается как о первой зарубежной поездке Гюля на посту главы государства. Однако зарубежным этот визит можно назвать лишь условно.

В 1974 году турецкие войска оккупировали северную часть острова, и зона оккупации была объявлена Турецкой Республикой Северного Кипра (ТРСК). Данное образование не признается независимым государством никем, кроме Анкары, и рассматривается мировым сообществом как территория Республики Кипр. Южная часть острова, населенная в основном греками, недавно вступила в Евросоюз, тогда как север находится в международной изоляции и фактически управляется Турцией. Перед вылетом президент заявил, что считает отношение мирового сообщества к ТРСК несправедливым, и призвал греков-киприотов к налаживанию связей с турками. В свою очередь, лидеры греческой общины Кипра назвали этот визит незаконным и провокационным.

Очевидно, что разговоры о межгосударственных отношениях, связывающих Анкару и турецкий сектор Никосии, отделенный от греческого буферной зоной, не отражают истинного положения вещей. В реальности север острова полностью интегрирован в турецкое политическое пространство. Противоречия, существующие между националистами и исламистами в Турции, затрагивают и вопросы Кипра. Националисты настаивают на бескомпромиссном подходе в кипрском вопросе и не считают диалог с греками принципиально важным.

В свою очередь, исламисты во главе с президентом Гюлем и премьер-министром Реджепом Тайипом Эрдоганом полагают, что лучшим исходом было бы воссоединение острова. Именно эти политики призывали лидера турок-киприотов Мехмета Али Талата убедить избирателей проголосовать за единство в ходе последнего референдума. В результате исламисты добились своего, и большинство турок высказались «за», однако все карты спутали греки, отказавшись от объединения с турецкой общиной. Получилось, что Талат сделал ставку на тандем Гюль–Эрдоган, но главной цели не достиг. Визит Гюля в Никосию, которую турки переименовали в Лефкошу, может расцениваться в том числе как готовность Анкары поддерживать Талата.

Вместе с тем сам Талат оказывается в щекотливом положении. С одной стороны, он не может не оценить поддержку главы турецкого государства. Но с другой, турки-киприоты очень зависят от главных политических оппонентов исламистов, то есть от армии, так как то, что они называют своим государством, охраняется подразделениями турецких вооруженных сил. Именно поэтому церемония встречи Гюля в Никосии по своему стилю очень напоминала события трехнедельной давности в Анкаре.

Напомним, что военные демонстративно отказались присутствовать в здании парламента во время принятия присяги, и остальные, принятые в таком случае процедуры прошли без традиционной помпы. Так, Талат не встретил турецкого президента в аэропорту, что подчеркнуло бы высокий статус гостя, а решил дождаться его в своей резиденции. Кроме того, супруга Гюля Хайрунисса, не появляющаяся на публике без хиджаба и вызывающая этим неприятие со стороны националистов, не была включена в состав делегации, хотя и прибыла на Кипр. Военные заявили, что если супруга президента Турции будет присутствовать на официальном приеме, то они проигнорируют это мероприятие.

Вряд ли после такого приема Гюль улетел с Кипра в хорошем настроении. Помимо того что в сложившихся условиях не приходится говорить о международном признании ТРСК, север острова имеет все шансы остаться последним оплотом оппозиции. Даже если турецкие избиратели в октябре проголосуют за сокращение политических полномочий вооруженных сил, это не слишком скажется на роли армии в кипрском вопросе, ведь до примирения между турками и греками очень далеко.