Эрдогана призывают пересмотреть отношения с Москвой

Лидер ПНД Девлет Бахчели призвал положить конец Башару Асаду. Фото Reuters

Каких-либо результатов от «Астаны», «Сочи», «Женевы» (площадки для переговоров по сирийскому урегулированию. – «НГ») или от дипломатических контактов до сих пор не было, и их не следует ожидать». Вина за смерть турецких военных, по словам Бахчели, лежит как на Москве, под чьим контролем проходят военные операции сирийской правительственной армии, так и на официальном Дамаске. Политик предложил президенту Реджепу Тайипу Эрдогану «планировать наступление» на сирийскую столицу. «Сожгите Сирию, уничтожьте Идлиб, положите конец Башару Асаду», – призвал Бахчели.

Высказывания лидера ПНД прозвучали на фоне военного обострения вокруг мятежной сирийской провинции Идлиб, которая фактически входит в сферу влияния Турции. С 3 февраля турецкие военные дважды попадали под обстрел сирийской правительственной армии, в результате чего число жертв среди кадрового состава Вооруженных сил (ВС) Турции достигло 10. Переговоры между межведомственными делегациями от России и Турции, которые проходили 10 февраля в Анкаре, закончились безрезультатно. Представители Эрдогана обещают, что их страна многократно ответит на гибель своих военнослужащих, находившихся на предусмотренных Сочинским соглашением 2018 года наблюдательных пунктах в Идлибе.

В Кремле сейчас, вероятно, подыскивают рецепт оздоровления двусторонних отношений, в которых видны тревожные симптомы. На протяжении семи дней турецкие военные трижды отказывались от согласованного ранее совместного патрулирования с российской военной полицией в северных районах Сирии. Не исключено, что подобное похолодание отношения двух стран могут пережить и на другом направлении. Как показал визит турецкой делегации 13 января в Москву, с сирийским кризисом стороны тесно увязывают и ливийское досье. Эрдоган оказывает военную поддержку Правительству национального согласия (ПНС) в Триполи.

«Пытаясь получить от Москвы уступки в Идлибе, Анкаре ничего не остается, как вынужденно связывать эти два несвязанных между собой противостояния, – заявил «НГ» политолог, кандидат политологических наук Керим Хас, комментируя последствия для ситуации в Ливии. – Москва, в свою очередь, понимая истинные намерения Анкары, безусловно, не желает рассматривать Идлиб и Ливию в одной «корзине». Она указывает на то, что урегулирование в Идлибе должно идти по пути Сочинских договоренностей от 17 сентября 2018 года». Аналитик отмечает, что главные пункты сочинской сделки, в том числе создание демилитаризованной зоны на 15–20 км, открытие участков ключевых трасс М4 и М5, вывод радикалов, так и не были выполнены в Идлибе в срок.

«Анкара сама не спешила идти по пути реализации договоренностей, – полагает Хас. – Это, очевидно, является сильным раздражителем для Кремля. В то же время последние события в Идлибе, где фактически идут столкновения армии Асада и турецких военных, говорят о том, что терпение Москвы подходит к концу. С другой стороны, не стоит забывать, что основным игроком в Идлибе остается Россия. В Ливии же ситуация отличается: там вместе с Турцией и Россией присутствуют такие влиятельные государства, как Франция, Италия, США, Египет, Эмираты и др. Это объективно не может позволить Анкаре давить на Москву в той степени, в которой она на это рассчитывает, и выставлять дополнительные требования по ситуации в Идлибе».

«Обострение ситуации в Идлибе связано с ходом переговоров по окончательному статусу турецкой зоны безопасности, – заявил «НГ» проживающий в Анкаре эксперт Российского совета по международным делам Тимур Ахметов. – В связи с тем, что участники политического диалога заинтересованы в стабилизации, военное противостояние будет ограниченным. Кроме того, я не думаю, что Турция заинтересована в привязке ливийского досье к диалогу с Россией по Сирии, тем более ради давления на российскую сторону. Во-первых, от сотрудничества с Москвой во многом зависит международный статус турецких инициатив Турции в Ливии и в Восточном Средиземноморье. Во-вторых, напряженность с Москвой в Ливии может ослабить позиции Анкары по отношению к другим не менее важным игрокам. Скорее Россия и Турция заинтересованы развивать отношения по ряду вопросов параллельно, без сваливания проблем в одну кучу».