Ливийская миссия Кремля стала популярнее сирийской

Фото REUTERS

Действия РФ в Ливии стали лучше восприниматься в арабском мире, чем ее политика по отношению к Сирии, Палестине и Йемену. Это следует из ежегодного доклада об индексе арабского общественного мнения, который публикует находящийся в Катаре Арабский центр исследований и изучения политики (ACRPS). По сравнению с показателями 2017–2018 годов доля позитивных оценок ливийской стратегии Кремля увеличилась на пять процентных пунктов. Это связывают с тем, что Москва отказалась от прямого военного вмешательства и вовремя изменила точку опоры в Ливии.

Политика РФ в проблемных ближневосточных странах сохраняет негативное восприятие в арабском общественном мнении, фиксируют исследователи.

Как следует из доклада ACRPS за 2019–2020 годы, около 60% респондентов оценивают «негативно» и «крайне негативно» политику РФ по отношению к Сирии, Йемену и Палестине. Иная ситуация – в контексте ливийского кризиса. Только 47% опрошенных готовы дать отрицательную или очень отрицательную оценку российской миссии в этой североафриканской стране. Более того, «очень позитивно» ее воспринимают 8% участников опроса («позитивно» – 15%).

Если сравнить с данными ACRPS за 2017–2018 годы, доля «очень положительных» оценок ливийской стратегии РФ увеличилась на пять процентных пунктов.

В остальном исследователи фиксируют тенденцию на снижение симпатий к российским действиям в ближневосточных странах, которые переживают острый кризис. Доля «очень позитивных» оценок политики Кремля по отношению к Палестине, Сирии и Йемену уменьшилась за год на один процентный пункт и составила 3%, 6% и 3% соответственно. Доля просто «позитивных» оценок снизилась еще больше и задержалась на одинаковой для этих стран отметке в 15%.

Данные, которые касаются сирийской кампании, особенно интересны с учетом того, что некоторые исследователи рассматривали ее начало как попытку российского руководства нарастить внешнеполитический капитал на Ближнем Востоке и закрепить за Россией репутацию важного миротворца и дипломатического посредника.

Впрочем, другой глобальный игрок, который исторически претендует на особую роль в регионе – США, также теряет свои позиции в арабском общественном мнении. «То, как участники опроса оценивают политику некоторых иностранных держав, демонстрирует достаточный уровень недоверия: большинство воспринимает политику Соединенных Штатов, России и Ирана в регионе негативно, в действительности даже более негативно, чем это фиксируют предыдущие исследования (индекса арабского общественного мнения. – «НГ»), – отмечают авторы опроса ACRPS за 2019–2020 годы. – Оценка американской политики в этом году еще сильнее ухудшилась, что, вероятно, отражает реакцию респондентов на действия администрации Трампа».

В разговоре с «НГ» независимый сирийский политолог Махмуд аль-Хамза связал рост симпатий к «ливийской» стратегии РФ с ее отказом от прямого участия в боевых действиях. По словам эксперта, Москва могла оказывать поддержку командующему Ливийской национальной армией Халифе Хафтару только в начале его наступления на Триполи в апреле 2019 года. «С другой стороны, Россия пригласила ливийцев в Москву на переговоры в январе, – заметил аналитик. – РФ также играла активную роль в Берлинской конференции. Но, как кажется, самое главное то, что российская сторона сейчас отошла от Хафтара из-за высоких рисков и сделала ставку на Агилу Салеха, спикера восточного парламента. Он играет ведущую роль в политическом процессе».

По словам аль-Хамзы, в этом отличие России от Объединенных Арабских Эмиратов, которые до сих пор активно поддерживают Хафтара. «Есть еще один момент: то, что Россия старается найти общий язык с Турцией, – отмечает эксперт. – Было объявлено перемирие, и удалось остановить боевые действия. Поэтому роль России здесь выглядит иначе».

Сирийский политолог признает, что на протяжении долгого времени Москву обвиняли в отправке в Ливию сотрудников частной военной компании (ЧВК) Вагнера, которая, по распространенному мнению, поддерживает Хафтара на поле боя. «К этому относятся отрицательно – из-за помощи Хафтару, – отмечает аль-Хамза. – Однако роль ЧВК Вагнера сейчас малозаметна, потому что в Ливии остановились боевые действия».

Эксперты ACRPS утверждают: погрешность опроса составляет от 2 до 3%. Он проводится среди жителей 13 арабских государств: Мавритания, Марокко, Тунис, Египет, Судан, Алжир, Палестина, Ливан, Иордания, Ирак, Саудовская Аравия, Кувейт и Катар. Это крупнейшее исследование арабского общественного мнения с точки зрения выборки, количества охваченных стран, числа проверенных переменных и объема собранных сведений. Его цель – получение «важных данных о тенденциях в арабском общественном мнении по ряду экономических, социальных и политических вопросов, имеющих непосредственное отношение к арабскому населению, включая демократию, гражданство, равенство, гражданское и политическое участие».