Игорь Субботин
Официальная заявка украинского руководства на вступление в Европейский союз была своеобразно воспринята властями Турции. Президент Реджеп Тайип Эрдоган указал на неискренность евросообщества в том, что касается предоставления членства странам-кандидатам. Глава республики напомнил, что Анкара ждет своей очереди с 1960-х годов и до сих пор ей не было дано однозначного ответа. ЕС действительно испытывает необходимость в ближневосточной стране, однако сомнительно, что нынешняя ситуация позволит форсировать процесс ее вступления, говорят в экспертной среде.
Заявление турецкого лидера прозвучало в Анкаре на совместной пресс-конференции с президентом Косово Вьосой Османи. «Турция ждала вступления в Евросоюз с 1960-х годов, и теперь начались дебаты по Украине. Мы позитивно оцениваем усилия Украины по присоединению. Но почему Турция еще не стала членом ЕС?» – задался вопросом Эрдоган, отвечая на вопрос о позиции Анкары по поводу того, что Киев подписал соответствующее заявление. Президент республики призвал евросообщество продемонстрировать «такую же деликатность», какую оно проявило в нынешней ситуации, но в контексте диалога с Турцией. Кроме того, политик спросил, включат ли его страну в повестку дня, «когда кто-то тоже совершит нападение (на нее. – «НГ»)».
К данному моменту статус кандидата на вступление в ЕС имеют не только Турция, но и Северная Македония, Черногория, Албания и Сербия. Однако история работы Анкары над интеграцией насчитывает шесть десятилетий. Турция подписала Соглашение об ассоциации в 1963 году, в то время как сама заявка на присоединение к евросообществу была подана только в 1987-м. Статус кандидата страна получила в 1999 году. А в нулевых начались переговоры о вступлении Турции в ЕС. Оппонентами этой идеи стали такие игроки, как Франция и Германия, которых не устраивала существенная роль армии в турецкой политике. Другими причинами для критиков стало несоблюдение принципов свободы слова и неразрешенный конфликт с Кипром.
После попытки переворота в Турции в 2016 году ситуация многократно усложнилась. В том же году брюссельская бюрократия выступила за приостановку переговоров между Анкарой и Брюсселем о членстве. В качестве причины указывалась «непропорциональная» реакция властей Турции на провалившийся путч.
В том же году Эрдоган заявил, что его страна является неотъемлемым элементом Европы. «Пусть ЕС пытается изолировать нас, конфликтуя с собственными ценностями, – заявил он. – У ЕС и расистски настроенных кругов не хватит сил нас оттеснить. Мы хозяева в Европе». Президент Турции имел в виду прежде всего тот факт, что в странах ЕС проживают миллионы турок.
Занимавший тогда пост министра иностранных дел Австрии Себастьян Курц заметил, что Европейский союз не будет открывать новых страниц в истории переговоров с Анкарой. «Мы обязаны людям, которых угнетают в Турции», – подчеркнул он, имея в виду тех, против которых началось преследование после попытки переворота.
«Очень сомневаюсь, что известная ситуация может стимулировать кого-то в институтах ЕС к форсированию решения по вопросу вступления Турции, – заявил «НГ» тюрколог и востоковед Юрий Мавашев. – Это, с одной стороны, связано с процедурой. С другой стороны, понятно, что в ЕС все рассматривается индивидуально. Сегодня в Евросоюзе, как мне представляется, есть понимание, что Турция очень важна. Больше того, скажу, что отношения коллективного Европейского союза с Турцией на порядок более конструктивные, чем двусторонние отношения между Турцией и США».
По словам эксперта, позитивное отношение к Анкаре связано с признанием ее роли в обеспечении безопасности Европы. «В начале нулевых Турция сделала очень резкий скачок к тому, чтобы вступить в ЕС: она действовала в практической плоскости, отстраняла военных от власти и т.д., но позже стало понятно, что это все было исключительно для укрепления власти правящей Партии справедливости и развития. Было много перемен, которые заставили ЕС пересмотреть готовность включить Турцию в свой состав», – пояснил Мавашев.
Собеседник «НГ» выразил согласие с теми скептиками, которые утверждают, что Евросоюз изначально не был настроен рассматривать вопрос о членстве Турции всерьез. «Все равно в Брюсселе делали это с политической точки зрения – чтобы притянуть ее к себе, – обратил внимание эксперт. – Понятно, почему проводятся параллели с Украиной: Эрдоган использует любую возможность, чтобы уколоть еврочиновников и подчеркнуть роль Турции. Он не наивен: он знает, что это такое, но каждый раз стучит в эту дверь, напоминая о себе».
По словам аналитика, остается возможность того, что Анкара может стать медиатором между Москвой и Киевом. «Я бы даже сказал, что шансов использовать Турцию как площадку для переговоров больше. И я бы сейчас не концентрировался на фигуре одного Эрдогана: надо смотреть на Турцию шире. Любое руководство примерно действовало бы в этом ключе», – пояснил Мавашев. По его словам, потеря Москвы как партнера – это не самый позитивный сценарий для Анкары. «Турция не разбрасывается своими партнерами или делает это в крайнем случае», – подытожил аналитик.
комментарии(0)