Данила Моисеев
Эфиопский премьер встретился с теми, кого он сам недавно называл террористами. Фото со страницы Редвана Хуссейна в Twitter
Премьер-министр Эфиопии Абий Ахмет Али впервые с начала тыграйского конфликта встретился с представителями Народного фронта освобождения Тыграя (НФОТ) лично. Об этом сообщил советник премьера Редван Хуссейн на своей странице в социальных сетях. Встреча прошла ровно через три месяца после заключения перемирия в южноафриканской Претории. В регионе уже налаживается связь и финансовые потоки с центром. Эфиопский премьер пообещал увеличить количество перелетов между Мэкэле и Аддис-Абебой и восстанавливать банковскую сферу. Однако вопрос судьбы штата и его статуса все равно остается открытым.
Вместе с Абием на встрече с делегацией НФОТ присутствовал его заместитель Демеке Меконнен. Судя по фотографиям, в конце стола Абий сидел в качестве полноправного хозяина. Как утверждает Хуссейн, в ходе встречи Абий пообещал, что Национальный банк с понедельника начнет перечислять в Мэкэле 5 млрд бирр (порядка 92 млн долл.) и что количество перелетов между Аддис-Абебой и Мэкэле увеличится с 3 до 5 в день. Интересно, что кроме Хуссейна информацию о встрече пока никто не выкладывал: по-видимому, население пока еще не считают готовым к тому, чтобы оно знало о том, что премьер встречается с теми, кого он сам называл террористами.
Между тем последствия конфликта продолжают давать о себе знать. В 2022 году 65% жителей страны зачастую не имели денег даже на еду, отмечает Институт Гэллопа. Миллионы граждан, прежде всего в Тыграе, были поставлены под угрозу смерти от голода. ООН рапортовала о том, что 65% малышей в штате в лучшем случае недоедали (см. «НГ» от 21.08.22). К середине осени федералы и эритрейцы сумели добиться крупных успехов, а для решающих сражений в Эритрее даже провели мобилизацию, и после этого генсек ООН Антониу Гутерриш призвал прекратить боевые действия, угрожавшие полномасштабному уничтожению тыграйцев. В итоге стороны сумели договориться о перемирии, и тыграйцев «добивать» не стали, несмотря на то что война длилась с перерывами два года, и противникам тыграйцев представилась возможность решить противостояние с ними радикальным военно-штурмовым способом.
Однако полноценного мира пока заключено так и не было, хотя его и ждут. Непонятен статус штата: кто им будет управлять, какая степень автономии Тыграя будет сохраняться. Феномен же того, что Аддис-Абеба не пошла на дальнейшую эскалацию, может заключаться сразу в нескольких факторах.
Во-первых, за время конфликта экономика страны серьезно пострадала, если даже не считать гуманитарной катастрофы. Во-вторых, Аддис-Абебе усиление Эритреи, ставшей временным союзником, совершенно ни к чему. В-третьих, в случае силового решения вопроса федеральный центр рискует не только потерять солдат, но и ухудшить свою международную репутацию. Поражение НФОТ могло действительно привести к резне в Тыграе, причем стихийно, без какого-либо приказа из Аддис-Абебы. А ей, союзнице Запада, это не нужно.
«Положение НФОТ было тяжелым, но не безнадежным, перспектива запуска очередного витка партизанской войны с большим приростом потерь, наверное, обе стороны уже не устраивала. Тем более что со стороны Мэкэле было реалистичное понимание изолированности региона, потребности в восстановлении базовых услуг, сервисов, мобильной связи, банков. На Абия оказывалось мощное международное давление, страна по-прежнему очень зависит от международной финансовой помощи. Кроме того, эскалация предполагала бы более активное задействование эритрейских войск – а это не в интересах Аддис-Абебы даже на фоне их якобы безоблачных отношений. Эритрея – слишком непредсказуемый и непрозрачный актор», – сказал в разговоре с «НГ» автор Telegram-канала о Черной Африке Zangaro Today Алексей Целунов.
Вместе с тем эксперт отметил, что главным фактором изменения политики федерального центра, видимо, стала все-таки экономика.
«Объемы получаемой бюджетной помощи из-за рубежа напрямую зависят от того, как соблюдаются права человека (в условиях боевых действий в силу специфики их акторов это трудно контролировать). В меньшей, но тем не менее важной степени – от темпов либерализации экономики, где все еще сильны государственные компании. У страны заканчиваются иностранные резервы, стабильно растут инфляция и стоимость жизни, а существенные объемы донорского финансирования на время войны просто заморожены», – отметил Целунов.
Он подчеркнул, что после кровопролитного конфликта долгосрочным вопросом остается то, как тыграйцам теперь интегрироваться в эфиопское общество.
«Но в целом мирный процесс идет хорошо, особенно в Мэкэле и Шире, где важный пункт распределения гуманитарной помощи. Штат подключили к энергосистемам, восстановлено авиасообщение, вернулась федеральная полиция», – заключил Целунов.
