Иран занимает оборону в топливной войне

Иранским властям придется корректировать цены на топливо, которого уже не хватает. Фото Reuters

Правительство Ирана готовится к последствиям экономической войны, объявленной администрацией Дональда Трампа. Кабинет президента Масуда Пезешкиана открыто говорит, что скоро в стране усугубится дефицит бензина, от импорта которого Иран критически зависит. Как ожидается, ужесточение санкций со стороны США приведет к тому, что Тегеран потеряет в лице стран Персидского залива свой главный транзитный и логистический хаб, через который бензин разного происхождения поступал в страну под нейтральной этикеткой.

В своем выступлении Масуд Пезешкиан сказал: «В первую очередь мы должны принять, что живем в условиях военного времени. Маршруты перекрыты и товары не поступают. Одним из таких товаров является бензин. Наши доходы также сократились. Вдобавок к бензину, который мы производим сами, мы вынуждены закупать его за рубежом». 

Пезешкиан продолжил: «В результате, даже если бы пути снабжения были открыты, у нас все равно должны быть деньги на его покупку. Наш импорт и экспорт упали на 25–35%, и экономисты понимают, что это значит для страны».

В связи с этим, пояснил иранский президент, правительство намерено повысить стоимость бензина для так называемой третьей категории потребления. Третья категория – это сверхквотный коммерческий бензин, который автовладельцы вынуждены покупать по повышенной цене, если полностью исчерпали свои ежемесячные льготные лимиты.

При этом представители команды Пезешкиана откровенно признают, что военно-морская блокада иранских портов, которую Соединенные Штаты до сих пор сохраняют на фоне заморозки активных боевых действий, оказывает свой эффект. Так, на минувшей неделе вице-президент Ирана по исполнительным вопросам Мохаммад Джафар Гаемпанах подчеркнул, что из-за блокадных мер со стороны американцев «импортировать бензин стало нельзя». «Распределение бензина несправедливо, и продолжать в том же духе невозможно. Кроме того, внутреннего производства бензина недостаточно», – подчеркнул правительственный чиновник, признав, что кабинету министров придется корректировать цены на субсидированное топливо.

Исламская Республика выступает одним из крупнейших производителей нефти, однако у нее нет собственных производственных мощностей, для того чтобы обеспечивать внутреннее потребление. Дефицит производственных мощностей в Иране только усугубился после американо-израильской операции, стартовавшей 28 февраля: удары докатились до ключевых иранских нефтеперерабатывающих заводов (НПЗ). И морская блокада только усилила этот эффект. Теперь при внутреннем потреблении в 135 млн л бензина в сутки производство достигает примерно 121 млн л. По оценкам Организации по оптимизации энергетики и стратегическому управлению Ирана, ежедневный дефицит бензина в Иране находится на уровне 14–15 млн л.

Если говорить о географии импорта автомобильного бензина в Иран, то, как принято считать, в последние годы главным его источником был «южный коридор» – трейдеры из стран Персидского залива, которые перенаправляли в Исламскую Республику разномастное международное топливо (в том числе индийского и китайского происхождения), маскируя производителя нейтральными документами. Топливо шло через порты и якорные стоянки аравийских государств – преимущественно ОАЭ и Омана, которые теперь, как признают иранские официальные лица, оказались вне зоны доступа. Остальная часть импорта, связанная со странами постсоветского пространства, достигала иранской территории по северному сухопутному и Каспийскому маршрутам.

Оппозиционные Тегерану издания со ссылкой на очевидцев сообщили, что после объявления администрацией Трампа санкционного «дня Д» против Ирана в Исламской Республике начались панические закупки бензина. На местных АЗС образовались очереди, а местные жители пытались закупиться впрок. Эта ситуация заставила правительство Ирана обдумывать, что делать с бензиновыми резервами – физическими запасами готового моторного топлива, которые хранятся в виде миллионов литров на специальных объектах и выполняют роль энергетической подушки безопасности. Эти ресурсы иранская экономика долгое время использовала для сглаживания разницы между внутренним производством и реальным потреблением.

Однако, как заявили источники телеканала Iran International, в последнее время резервы начали использоваться такими темпами, что в профильных структурах стали бить тревогу в связи с их возможным истощением. Согласно оценкам, которые приводит Iran International, оставшиеся запасы топлива могут быть исчерпаны в течение нескольких недель, если использование резервного топлива продолжится в нынешних объемах. А это, в свою очередь, ограничит возможности правительства компенсировать сбои во внутреннем производстве или импорте. По словам источников канала, Корпус стражей исламской революции выступает против активного использования запасов, в то время как команда Пезешкиана выступает с противоположных позиций.

Западные дипломаты ожидают, что кризисная ситуация с дефицитом бензина стимулирует новую волну протестов в Иране и пошатнет позиции иранского режима. В разговоре с израильским изданием «Исраэль хайом» неназванный представитель западного дипкорпуса выразил уверенность в том, что иранская политическая система может рухнуть, когда она окажется бессильной перед бензиновым голодом. И, судя по заявлениям иранского правительства, четкой стратегии разрешения надвигающегося топливного кризиса у него пока нет.