Последний фильм про Бэтмена в России на больших экранах зрители не увидели: голливудские студии ушли с рынка. Кадр из фильма «Бэтмен»
Наложенные после событий 24 февраля на Россию санкции коснулись не только экономики, но и культуры – в частности, кинематографа, который, как бы ни старались законотворцы и творцы все последние годы, все равно оставался максимально зависим от зарубежных студий, партнеров и релизов.
Работу на территории России приостановили мейджоры – студии Universal Pictures, Warner Bros., Walt Disney Pictures, Sony Pictures и Paramount Pictures, а следовательно, в официальный прокат не вышли ни новые блокбастеры Marvel и DC вроде «Бэтмена», «Морбиуса», «Доктора Стрэнджа», ни новые «Фантастические твари», ни пиксаровский мультфильм «Я краснею» – и многое другое. Список увеличивается и пополняется за счет стриминговых платформ – из-за ограничений, наложенных на банки, перестали принимать оплату Netflix и Amazon Prime. Впрочем, и в ситуации с кинотеатрами проблема находится не только в идеологическом, но и в финансовом поле – платить за фильм попросту стало невозможно.
Робкая надежда на то, что новое положение дел в индустрии сыграет на руку российскому кино, вновь не оправдалась – как ни помогали до этого искусственные ограничительные меры изнутри, так не помогли и реальные внешние санкции. Сборы к концу года свидетельствуют о том, что в первой десятке самых кассовых фильмов – по большей части премьеры, вышедшие до 24 февраля: «Анчартед: На картах не значится» (премьера – 10 февраля 2022 года), «Человек-паук: Нет пути домой» (19 декабря 2021 года), «Смерть на Ниле» (10 февраля), «Зверопой 2» (23 декабря 2021). Первое место – у «Последнего богатыря», также стартовавшего под прошлый Новый год, а из свежих премьер в этот список попали «Сердце Пармы», «Финник» и «Одна». Сборы при этом – скромные, как количественно – по зрителям, так и качественно с точки зрения непосредственно кассы.
Сложившаяся ситуация спровоцировала не только расцвет «повторного показа» – с полок достали старые хиты, так что теперь каждую неделю можно наверстывать упущенное, – но и всплеск нелегального креатива. Даже кинотеатры попытались обойти законы, скачивая «пиратский» контент и обещая показать его на большом экране под видом то материалов к фильмам, то под названием «кинопродукт» и в качестве приложения к российским премьерам. Наверняка отдельные залы умудряются практиковать подобное до сих пор, что уж говорить о простых зрителях, которые самозабвенно бросились «пиратить» все, что плохо лежит. Спустя столько лет мучительной борьбы с нелегальным контентом в сети он вновь стал неотъемлемой частью повседневной жизни. И зачем же идти в кино, где показывают или очередную российскую премьеру, или классику 30-летней (а то и больше) давности, или, и на том спасибо, фестивальные хиты, закупленные заранее и потихоньку добирающиеся до экранов, когда дома – и «Бэтмен», и «Доктор Стрэндж», и прочие «Фантастические твари»?
Помимо санкций извне появляются и новые внутренние ограничения, которые, несомненно, коснутся и иностранного кино, если оно вернется, и российского. Речь и о принятом недавно новом законе о пропаганде ЛГБТ, и о темах, названных Минкультом приоритетными для получения господдержки на производство фильмов в следующем году. Среди них – традиционные ценности, уроки истории и памяти, популяризация героизма и службы в армии, патриотическое воспитание и демонстрация деградации Европы и остального западного мира, а также пространные понятия вроде морально-этического выбора, гражданской позиции и формирования многополярного мира. Узнаваемая риторика, так или иначе звучащая не первый год, – откуда еще взяться ежегодному обилию военно-патриотического и исторического кино, но в этом обретающая куда более четкие очертания и куда более очевидные последствия.
Михаил Сергеев 
Дарья Гармоненко