О возможности олимпийского мира

Фото Reuters

Международный паралимпийский комитет на внеочередной ассамблее решил приостановить членство Паралимпийского комитета России. Это было мотивировано тем, что российская сторона «неспособна выполнять обязанности члена организации». За приостановку голосовали 64 делегата, против – 39, еще 16 воздержались. Расклад голосов говорит о том, что у сторонников принятой меры нет подавляющего преимущества. Тем не менее решение принято.

Примечательно, что голосование по паралимпийцам случилось сразу после того, как на саммите G20 на острове Бали выступил президент Международного олимпийского комитета (МОК) Томас Бах. Он раскритиковал страны, которые хотят «отказывать атлетам в участии в Олимпийских играх по политическим соображениям». По словам Баха, «если спорт станет инструментом для политического воздействия, он полностью развалится».

«Необходимо, чтобы в Олимпийских играх принимали участие все страны, в том числе – и даже в особенности – конфликтующие. Если будут участвовать только страны-союзницы, настоящего символа мира из Олимпийских игр не получится», – заявил Бах. Участников встречи G20 глава МОК призвал «дать шанс миру» и «включить свою нейтральность в отношении спорта в совместное заявление по итогам саммита».

Международный паралимпийский комитет – организация, отдельная от МОК, тем не менее контраст с заявлениями Баха в его решении заметный. К слову, и выступление самого президента МОК многих в России удивило. Ведь прежде Бах как раз выступал за отстранение российских спортсменов от различных международных соревнований, и федерации, за исключением нескольких, к этому прислушивались.

При этом глава МОК, что важно, говорил прежде о турнирах вроде чемпионатов и кубков мира, но Олимпиад не касался. В конфликтное время каждая публичная фигура ведет свою пиар-игру. Олимпийские игры – сфера непосредственной ответственности Баха. Исключение такой огромной страны, как Россия, с десятками чемпионов и претендентов на награды – репутационный минус. Пожалуй, Бах хотел бы, чтобы на Играх российские спортсмены были, пусть и в нейтральном статусе (здесь уже нет ничего нового).

Образ миротворца приятен любому, а Томас Бах – политик, пусть и в мире спорта. И МОК, конечно, обладает полномочиями санкционировать участие россиян в Олимпиадах, может призвать федерации снять ограничения, которые распространяются на другие соревнования. Однако Бах и МОК, кажется, не чувствуют себя полностью независимыми. Это не значит, что ими, как у нас любят рассуждать, кто-то управляет. Это значит, что они зависимы от сложившейся политической конъюнктуры, в которой любой односторонний или групповой бойкот российских спортсменов становится легитимным, то есть оправданным, понятным для многих. Такая конъюнктура обусловила односторонние визовые запреты, сложности с перемещением российских атлетов.

Выступая перед участниками саммита G20, Бах, по сути, просил политического разрешения снимать с России (само название нашей страны не звучало, но все всё понимают) спортивные санкции. Тогда при столкновении с конъюнктурой у него был бы аргумент. И точно такого же политического разрешения ждут другие спортивные организации, включая даже самые мощные и влиятельные, вроде футбольных – ФИФА и УЕФА. Пока такого решения нет. Конъюнктура, механизм бойкотов, прочие сложности – все это сохраняется. Для некоторых структур политическое «да» – это как раз сигнал от самого МОК, то есть разрешение будет передаваться по цепочке.

Можно идти против течения. Это стало понятно на примере тенниса, велоспорта и единоборств. Там, как оказалось, были другие механизмы сопротивления конъюнктуре, не последним из них стала солидарность спортсменов. Олимпийский и Паралимпийский комитеты, кажется, использовать такой ресурс не готовы.