Фото Reuters
В затянувшемся конфликте с Ираном администрация президента США Дональда Трампа сделала ставку на эпизодическое военное давление – избирательные удары по иранскому побережью Ормузского пролива, мешающие Корпусу стражей исламской революции (КСИР) восстановить в этом районе свои огневые точки и откалибровать точность нападений на коммерческое судоходство. Ближайшие советники президента США сходятся в том, что до начала промежуточных выборов в Конгресс в ноябре Вашингтону выгоднее поддерживать статус-кво в боевых действиях, защищая собственный альтернативный маршрут через южную часть Ормузского пролива, нежели доводить ситуацию на Ближнем Востоке до полномасштабной войны, которая может негативно отразиться на ценах на бензин для американских избирателей.
Однако ставка Соединенных Штатов на выжидательную стратегию игнорирует тот факт, что иранские власти быстро адаптировались к режиму постоянной войны. Исламская Республика за последние месяцы стала гораздо увереннее в способности атаковать американские военные объекты на Ближнем Востоке, свидетельствуют отчеты западных разведок. Кроме того, согласно этим оценкам, Тегеран стал чаще склоняться к тому, чтобы проявлять инициативу на поле боя. Так, после заключения 17 июня меморандума о взаимопонимании с США иранское руководство разработало специальную доктрину наступательного сдерживания, которая предполагает нанесение превентивных ударов по позициям противника. Она уже была опробована в июле и августе, когда Иран первым атаковал американские военные объекты в арабских странах без какого-либо повода.
Иран отдает себе отчет в том, что новая американская тактика на поле боя в сумме с ужесточением санкционного давления на его торговых партнеров рассчитана на истощение его ресурсов, которое, как в очередной раз недавно отметил премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху, должно рано или поздно закончиться сменой режима. Поэтому вместо того чтобы находиться в состоянии постоянного ожидания, сторонники жесткой линии внутри иранского руководства склоняются к тому, чтобы обострить ситуацию на фронте, нанеся упреждающие удары по США и Израилю, говорят отчеты западных разведок. Это позволит задать темп конфликта и лишить Белый дом стратегической инициативы, вынуждая его тратить огромные ресурсы на содержание средств ПВО и латание дыр на пораженных базах на Ближнем Востоке.
Администрация Трампа будет вынуждена раз за разом реагировать на упреждающие иранские удары, ломая собственную логику контролируемого конфликта. Это превратит боевые действия для Белого дома в бесконечный процесс отбивания иранских подач без шанса на классическую военную победу, объявление которой, как утверждают источники The Wall Street Journal, входит в предвыборный сценарий Трампа. Что касается сторонников жесткой линии в иранском руководстве, то лишение Вашингтона военной инициативы будет означать для них подтверждение жизнеспособности новой наступательной доктрины. Такая ситуация зафиксирует за Ираном право первым наносить парализующие удары по топливным объектам, транспортным узлам и финансовым центрам своих соседей по Ближнему Востоку при малейшем признаке угрозы.
В этих обстоятельствах конфликт с Ираном, начатый США и Израилем 28 февраля, превращается из состязания военных потенциалов в войну на истощение политической воли, победителем в которой оказывается не тот, кто обладает подавляющей военной мощью, а тот, кто показывает наибольшую стратегическую выдержку и иммунитет к постоянному военному давлению.
Современные военные конфликты что в Иране, что на Украине демонстрируют невероятную скорость изменения базовых представлений о ключевых факторах и инструментах ведения войны. То, в чем были убеждены в генеральных штабах армий до начала конфликтов, быстро превращается в интеллектуальную рухлядь. Танки не нужны – пришли дроны. Постоянное нанесение асимметричных выборочных и непредсказуемых ударов слабой стороной уравновешивает мощь непрерывного давления страны-гегемона. Истощение боезапаса выглядит не так критично, как истощение политической воли.
Игорь Субботин 
Константин Ремчуков 