Сергей Чижов
Фото Reuters
Государственная дума 21 июля приняла во втором и третьем чтениях закон, дополняющий оперативные решения правительства новым механизмом поддержки поставок топлива. Его суть можно объяснить следующим образом. Если рассчитанная по установленной законом формуле стоимость импортной альтернативы для дизельного топлива оказывается выше сопоставимой оптовой цены в России, уполномоченная правительством организация сможет получить налоговый вычет. Его размер будет зависеть от этой расчетной разницы и объема топлива, фактически ввезенного и реализованного на внутреннем рынке. Механизм призван сделать дополнительные поставки экономически оправданными тогда, когда они действительно необходимы стране. Он будет применяться только при одновременном действии запретов на вывоз дизельного топлива, отдельных средних дистиллятов и авиационного керосина.
Это уже второе за последний месяц законодательное решение по поддержке топливного рынка. 24 июня Госдума приняла, а 4 июля президент подписал Федеральный закон № 218-ФЗ. Он донастроил демпфер для бензина, произведенного в странах ЕАЭС, и ввел отдельную формулу поддержки поставок из государств, не входящих в ЕАЭС. Закон также создал дополнительные условия для производства высокооктанового топлива путем смешения прямогонного бензина с другими компонентами и продлил сроки реализации ряда проектов модернизации НПЗ.
Нынешнее решение продолжает эту работу применительно к дизельному топливу, а также уточняет отдельные правила применения демпфера к средним дистиллятам. Таким образом, речь идет не только о планах: один пакет уже стал федеральным законом, второй принят Думой.
Но этот закон – не волшебная кнопка, после нажатия которой бензин и дизель на следующий день появятся на каждой заправке. Он создает экономические условия для привлечения дополнительных объемов и в сочетании с восстановлением мощностей НПЗ и налаживанием логистики может способствовать более быстрому восполнению предложения на рынке.
Было бы неправильно свести весь разговор только к нынешней чрезвычайной ситуации. Рост цен и сезонное напряжение на топливном рынке возникают не первый год. Автомобилисты практически ежегодно сталкиваются с удорожанием бензина и дизельного топлива. Весной и во время уборки особенно уязвимы сельхозпроизводители. И люди вправе спрашивать не только о том, как будет преодолен сегодняшний кризис, но и о том, что государство делало для стабилизации рынка все эти годы.
Работа в этом направлении началась не сегодня. В 2018 году, когда произошел резкий скачок цен, были временно снижены ставки акцизов на бензин и дизельное топливо. Правительство, Минэнерго, ФАС и нефтяные компании заключили соглашения об обеспечении необходимых объемов поставок и стабилизации цен. Это помогло остановить резкий рост, но было во многом ручным антикризисным управлением.
Поэтому с 2019 года действует постоянный топливный демпфер. Когда соотношение внешних и внутренних цен создает для производителя сильный стимул направить топливо на экспорт, государство частично компенсирует разницу, чтобы сохранялся экономический интерес к поставкам бензина и дизеля российским потребителям. При обратном соотношении уже нефтяные компании перечисляют средства в бюджет. Демпфер не замораживает цены и не отменяет инфляцию, но его задача – не допустить, чтобы резкие колебания внешнего рынка автоматически и в полном объеме переносились на российские АЗС.
При этом важно различать постоянный демпфер, действующий с 2019 года, и новые механизмы поддержки импорта. Первый сохраняет заинтересованность российских производителей в поставках топлива на внутренний рынок. Вторые позволяют при чрезвычайной необходимости привлекать дополнительные объемы из-за рубежа, компенсируя расчетный разрыв между импортной альтернативой и российской оптовой ценой. Эти инструменты дополняют друг друга, но решают разные задачи.
Другим уровнем защиты стали обязательные биржевые продажи. Они делают формирование оптовой цены более прозрачным и позволяют независимым АЗС приобретать топливо у крупных производителей. В чрезвычайных условиях этот механизм может временно перенастраиваться: часть топлива направляется напрямую конечным потребителям, а не проходит через цепочку посредников. Это не отказ от биржевого механизма, а оперативная мера для более адресного распределения дефицитного ресурса.
В периоды повышенного спроса правительство ограничивало экспорт нефтепродуктов, оставляя дополнительные объемы внутри страны. Для борьбы с серым экспортом применялась заградительная экспортная пошлина к компаниям, которые приобретали топливо на внутреннем рынке для последующего вывоза. Одновременно налоговые стимулы и инвестиционные соглашения связывались с модернизацией НПЗ, увеличением глубины переработки и расширением выпуска бензина и дизельного топлива.
Таким образом, топливный рынок не был оставлен без государственного регулирования. Создана система, воздействующая на экономику переработки, экспорт, биржевую торговлю, конкуренцию и инвестиции. Почему же она не смогла полностью предотвратить нынешнюю ситуацию?
Потому что большинство этих механизмов регулирует экономические стимулы и направление товарных потоков. Они способны сглаживать ценовые колебания, перенаправлять топливо с экспорта на внутренний рынок и ограничивать действия посредников. Но ни одна налоговая формула не может за несколько дней заменить выбывшую установку НПЗ. И даже произведенное топливо не окажется мгновенно в конкретном районе, если возникли ограничения в логистике.
Считаю необходимым обсудить следующий шаг – федеральный стандарт топливной устойчивости. Речь не идет об одном огромном складе или о создании системы с нуля. Действующие государственные и коммерческие резервы следует дополнить распределенным и постоянно обновляемым запасом готового бензина и дизельного топлива на региональных нефтебазах.
Его объем целесообразно рассчитывать в днях потребления с учетом удаленности территории, пропускной способности транспортных маршрутов, количества сельхозугодий и сезонных пиков. Например, для Воронежской области такой расчет обязательно должен учитывать период посевной и уборочной кампаний.
Заранее должны быть установлены понятные показатели для задействования резерва: остановка крупных перерабатывающих мощностей, критическое снижение региональных запасов или перебои на значительной части АЗС. Одновременно должен включаться приоритетный порядок поставок аграриям, больницам, общественному транспорту, коммунальным и экстренным службам, а также предприятиям, обеспечивающим население продуктами.
При дальнейшем совершенствовании мер поддержки нефтяных компаний их целесообразно в большей степени связывать не только с объемом производства, но и с фактическими поставками на внутренний рынок – включая независимые заправки и наиболее уязвимые регионы. Стратегическая задача – выстроить систему, которая будет реагировать до того, как перебои почувствуют потребители и на заправках появятся очереди. И чтобы запасы топлива создавались не в гаражах, а на нефтебазах и в надежных цепочках поставок, готовых к работе в чрезвычайной ситуации.
