Запрещать или нет оппозицию в Грузии

Фото Reuters

Конституционный суд Грузии приступает к рассмотрению одного из наиболее резонансных политических дел последних лет – конституционного иска о запрете деятельности пяти оппозиционных партий. С соответствующим требованием в суд обратились 88 депутатов парламента Грузии, представляющих правящую партию «Грузинская мечта».

Речь идет о партиях «Единое национальное движение», «Коалиция за перемены», «Сильная Грузия – Лело», «Федералисты» и «За Грузию» бывшего премьер-министра Георгия Гахария.

Правящая партия утверждает, что деятельность указанных политических объединений противоречит Конституции Грузии, в частности положениям, запрещающим деятельность партий, направленную на свержение или насильственное изменение конституционного строя страны.

Конституционный суд принял иск к рассмотрению по существу. Дело будет рассматривать пленум суда, а слушания назначены на 21, 22 и 23 октября. Таким образом, речь пока идет не о запрете оппозиционных партий, а о начале судебного разбирательства, по итогам которого суд должен установить, имеются ли конституционные основания для прекращения их деятельности. Весь процесс может растянуться на девять месяцев и в итоге подвести страну к парламентским выборам 2028 года без уже привычных оппозиционных политических игроков.

В случае удовлетворения иска последствия могут затронуть не только сами политические объединения, но и дальнейшую политическую деятельность связанных с ними лиц.

Реакция оппозиции, в свою очередь, еще раз указывает на ее глубинный кризис. Часть оппозиционных сил согласилась защищать свои позиции в Конституционном суде. Другая просто заявила о том, что в стране формируется диктатура, и назвала своей главной целью донести это сообщение до всего «цивилизованного мира». В первую очередь до европейских коллег, которых они последние два года призывают активно вмешиваться во внутренние дела Грузии и наносить правительству «Грузинской мечты» политический урон посредством различных экономических, политических и дипломатических санкций.

Но, кажется, Европа все-таки опасается вступать в столь глубокую конфронтацию с правительством, понимая, что нынешняя власть, какой бы она ни была, имеет значительную поддержку общества.

Запрещать определенные партии или нет – тема не новая. После смены власти, когда в 2012 году «Единое национальное движение» уступило место «Грузинской мечте», и окончательного завершения транзита власти в 2013 году многие политические деятели, аналитики и эксперты призывали «Грузинскую мечту» запретить «Единое национальное движение» и отстранить его главных лидеров от политической деятельности, чтобы, во-первых, восстановить справедливость в связи с теми правонарушениями, в которых эти люди участвовали, а во-вторых, предотвратить распространение их влияния в дальнейшем на политическую, экономическую и другие сферы деятельности.

Однако Соединенные Штаты Америки и часть европейского истеблишмента видели в этих силах свои группы влияния, поэтому максимально давили на власть, чтобы сохранить представителей предыдущего правительства в политическом пространстве страны. В итоге эта ставка сработала.

И сейчас Европейский союз переживает, что, если Конституционный суд согласится с доводами «Грузинской мечты», политические игроки, на которых европейцы так активно опирались, окажутся официально заблокированы.

Следует указать, что главная проблема этого иска даже не в самой попытке запрета определенных партий и политических лиц. В той же Германии, например, звучат призывы признать «Альтернативу для Германии» (АдГ) неконституционной, несмотря на ее феноменальную электоральную поддержку, исходя из поведения партии, заявлений ее представителей и идеологических устремлений.

Если опираться исключительно на этот опыт, то бывшая партия власти – ЕНД – должна быть, по сути, запрещена, поскольку это единственная партия, политсовет которой официально поддержал политические процессы, направленные на штурм здания администрации президента Грузии в октябре 2025 года. Многие считают, что ЕНД скорее всего будет запрещена в стране, а ее политические лидеры окажутся в опале.

Вопрос, по всей видимости, заключается в другом: насколько сам этот механизм будет действенным и сможет ли он предотвратить, как считает «Грузинская мечта», распространение экстремизма в стране, поскольку все-таки значительная часть оппозиции представлена бывшими чиновниками периода правления Михаила Саакашвили.

Смогут ли такие запреты повлиять на формирование действенной и жизнеспособной оппозиции? Нынешняя оппозиция оказалась заложником собственной политической истории, в частности, периода пребывания у власти. Кроме того, она остается заложником непосредственно лидера ЕНД Михаила Саакашвили, который не позволяет оппозиционным силам эмансипироваться от него. В результате они постоянно становятся жертвами его политических заявлений и инсинуаций, а также в целом той политической риторики, которую сами избрали.

Эта риторика хотя номинально и является проевропейской, ориентированной на интеграцию в Европейский союз и НАТО, во внутриполитическом измерении носит весьма агрессивный характер, сопровождается радикальными призывами и шагами, которые, судя по всему, не поддерживаются большинством населения. На это указывают и недавно появившиеся в публичном пространстве предполагаемые результаты опроса IRI, согласно которым основные оппозиционные партии в совокупности набирают приблизительно 10%, в то время как «Грузинская мечта» – более 30%. При этом официальное происхождение и достоверность этих данных пока не подтверждены.

В ближайшее время Конституционному суду предстоит решить не просто вопрос о запрете тех или иных политических сил, но и определить, насколько такой механизм может быть действенным для борьбы с политическими объединениями, чья деятельность, по мнению «Грузинской мечты», ориентирована не на выборы, а на постоянные протесты, призывы к революциям и смене режима.

Конституционный суд, учитывая предыдущий опыт, должен будет очень тщательно подойти к рассмотрению этого вопроса, поскольку не секрет, что в случае принятия решения о запрете партий оно, вероятнее всего, будет обжаловано в Европейском суде по правам человека в Страсбурге. А победа уже на этом уровне для Конституционного суда Грузии и правительства будет чрезвычайно важна. Тем более что до сих пор в ряде наиболее значимых политически чувствительных уголовных дел «Грузинская мечта» добивалась в Страсбурге решений в свою пользу по существу рассматриваемых вопросов. n