Андрей Серенко
Фото Reuters
Идея переименования Волгограда в Сталинград становится предметом политических игр и спекуляций внутри КПРФ. Не имея реальной возможности повлиять на ситуацию со сменой названия города-героя на Волге, отдельные группы интересов в партии Геннадия Зюганова пытаются приватизировать топонимическую интригу, возможно, с целью ослабления аппаратных конкурентов. Итогом этого может стать дискредитация самой идеи возвращения Сталинграда на карту России.
Депутат Госдумы от КПРФ Анжелика Глазкова несколько дней назад внесла в парламент законопроект о возвращении Волгограду и Санкт-Петербургу их советских названий – Сталинград и Ленинград. По замыслу депутата, переименование должно быть проведено в течение года после принятия закона, в котором также должен быть зафиксирован запрет на дальнейшие переименования этих двух городов-героев.
В Волгограде инициатива Глазковой осталась незамеченной не только местными властями, но и коммунистами. Обком КПРФ публично не отреагировал на новостные сообщения о законопроекте. «Внутри нашей парторганизации предложение Глазковой особого интереса не вызвало, – рассказал источник, близкий к руководству Волгоградского обкома КПРФ. – Всем давно ясно, что без отмашки из Кремля никакого переименования в Сталинград не будет. Пока же такой отмашки нет».
«Сотрясанием воздуха» и «охотой за хайпом» назвал в беседе с «НГ» инициативу Глазковой один из депутатов Волгоградской городской думы. По его словам, представители Волгограда в подготовке законопроекта, внесенного Глазковой, участия не принимали: «Вообще это похоже на несогласованную инициативу группы товарищей внутри КПРФ. Ее почти наверняка не поддержат другие фракции Госдумы, не говоря уже об администрации президента. Без этой поддержки законопроект не выйдет из статуса информационного шума, о котором скоро забудут».
В волгоградском политическом и экспертном сообществе, где вяло обсуждается инициатива Глазковой, объясняют появление ее законопроекта переформатированием внутрипартийной борьбы за влияние в КПРФ после избрания нового российского парламента. Согласно версиям волгоградских наблюдателей, Анжелика Глазкова и ее супруг, известный политолог, историк и общественный деятель социалистической ориентации Николай Платошкин тесно связаны с группой Юрия Афонина. Его иногда называют одним из вероятных преемников Геннадия Зюганова на посту лидера КПРФ, с чем категорически не согласны другие авторитетные коммунисты, возглавляющие альтернативные группы интересов.
Соперничая друг с другом, лидеры неформальных аппаратных групп внутри Компартии РФ используют самые разные инструменты, в том числе идеологические, стремясь представить себя перед партийной массой и левым электоратом в качестве несгибаемых, принципиальных коммунистов. Один из популярных приемов – демонстрация симпатий к Сталину, сталинистской мифологии, имитация борьбы за «возвращение Сталинграда на карту Родины».
По мнению волгоградских наблюдателей, законотворческий демарш Глазковой, возможно, следует расценивать в том числе как попытку группы Афонина если не приватизировать, то перехватить на время у аппаратных конкурентов «сталинградский проект». «Теперь соперникам афонинцев внутри КПРФ придется либо присоединиться к инициативе Глазковой–Платошкина, либо уйти в информационную тень, позволяя им какое-то время солировать на подиуме борьбы за возвращение Сталинграда», – заметил один из волгоградских коммунистов.
Искренние сторонники «сталинградской партии» в Волгограде, много лет поддерживающие идею переименования города-героя на Волге в Сталинград, с возмущением реагируют на попытки некоторых коммунистических функционеров превратить «борьбу за Сталинград» в спекулятивный политических проект. По мнению одного из таких сторонников, «коммунисты на словах выступают за возвращение Сталинграда, а на практике делают все возможное, чтобы этого не произошло».
Логика в его рассуждениях есть. Если абсолютное большинство в органах законодательной, представительной и исполнительной власти в стране составляют сторонники «Единой России», то наивно надеяться, что они позволят коммунистам перехватить и реализовать проект переименования Волгограда в Сталинград. «Вернуть на карту Родины Сталинград может только «Единая Россия», если, конечно, захочет, – комментирует ситуацию один из сторонников «сталинградской партии» в Волгограде. – КПРФ, если она действительно заинтересована в переименовании города, должна не пытаться выходить с такого рода инициативой от своего имени. Задача коммунистов – вести постоянную, кропотливую, закулисную работу, убеждая партию власти в необходимости такого шага, предлагая им варианты каких-то сделок. Пусть переименование Волгограда в Сталинград официально совершат единороссы, для настоящих борцов за историческую справедливость не имеет значения, чей законопроект или указ будет способствовать этому».
Пока же у сторонников «сталинградской партии» в Волгограде крепнут убеждения, что на самом деле в партии Геннадия Зюганова не хотят «реального переименования» города-героя на Волге. «Коммунисты уже почти 30 лет спекулируют на сталинградской теме, вытаскивая ее из своего политтехнологического чемодана в нужной для себя ситуации, – заметил в беседе один из волгоградских политиков. – Если вдруг Сталинград на самом деле вернется на карту России, КПРФ лишится важного и эффективного идеологического и пропагандистского козыря. С чем тогда идти к избирателям, потенциальным сторонникам партии, привыкшей жить за счет славного прошлого и смутно представляющей будущее?»
Для коммунистов вечная борьба за переименование Волгограда в Сталинград была и остается одним из главных идеологических и политтехнологических нарративов. И, похоже, главное в этой борьбе – случайно не победить. Наивным же романтикам из «сталинградской партии» остается надеяться либо на неожиданный пересмотр своей позиции в отношении «сталинградского проекта» партии власти, либо на столь же неожиданное изменение отношения к переименованию Волгограда со стороны большинства горожан. Впрочем, пока и то и другое маловероятно.
Волгоград
Константин Ремчуков