Дарья Гармоненко
В КПРФ напомнили россиянам о символах мирового революционного движения. Фото с сайта www.kprf.ru
«Справедливая Россия» анонсировала обсуждение предвыборной программы на 25 мая. КПРФ показала свою обновленную «Программу Победы» раньше. Это можно было бы не считать раундом электорального соревнования, если бы обе партии не провели разом международные конференции по Латинской Америке. В роли догоняющих были коммунисты, хотя эсэры заимствовали у них эту повестку. Она выглядит периферийной для массового левого избирателя, зато поддержка внешней политики РФ нравится власти, от которой многое зависит.
25 мая пройдет заседание программного комитета, в котором примет участие председатель СР Сергей Миронов и его заместители Александр Бабаков и Руслан Татаринов. Как сказано в анонсе, предполагается «публично обсудить инициативы, направленные на улучшение качества жизни граждан».
Дискуссии пройдут по таким тематическим блокам, как поддержка участников СВО, демография, справедливая оплата труда, борьба с бедностью, пенсионное обеспечение, тарифы ЖКХ, здравоохранение, права автомобилистов, и другим остросоциальным проблемам.
Свою точку зрения примерно на то же самое КПРФ на днях изложила в «Программе Победы» из 10 пунктов. Нынешняя модификация документа носит название «От выживания – к развитию и справедливости». «Программа Победы КПРФ» гарантирует выход из кризиса, бедности и паутины запретов», – говорится в ее преамбуле. По наблюдениям «НГ», первые восемь пунктов – это обращение к классическим левым избирателям, недовольным действиями властей. Пункт № 9 апеллирует к общепротестному электорату – в том числе «рассерженным горожанам», а пункт № 10 – к «рассерженным патриотам».
Он называется «Сильная армия, сильная страна», и там обещано следующее: «Мощный ВПК гарантирует суверенитет России. Армия и флот получат самое передовое вооружение. Мы решительно поднимем престиж офицерской службы». Не забудут коммунисты о ветеранах и военных пенсионерах. А вот в девятом пункте – «Интернет без цензуры, власть без коррупции» – говорится: «Не верите избирательной системе? Выступаете против коррупции? Устали от блокировок в интернете? Боитесь потерять работу и общение через привычные сервисы? КПРФ – за честную власть, против запретов и тотального контроля. Каждому избирателю мы вернем честные выборы. Решать будете вы. Никаких нарисованных процентов, произвола и давления. Никаких вбросов и фокусов с электронным голосованием».
Интересно, что в 2021 году, когда КПРФ удалось в значительной степени аккумулировать протестное голосование, в ее программе также было 10 пунктов. Она называлась «Десять шагов к власти народа». А в 2016-м партийной программе «Десять сталинских ударов по капитализму» не удалось привлечь внимание общепротестного электората. Пятилетней давности документ мало чем отличается от ныне представленного, за исключением трех разделов. Прежде там не было ничего по поводу интернета, выборов и цензуры, декларировались требования о принятии новой Конституции и «признании ДНР и ЛНР». Также был раздел, посвященный культуре и новой информационной политике, который теперь разобран по другим пунктам программы.
Скорее всего в программе эсэров появятся примерно схожие с коммунистами тезисы, потому что соревнование СР и КПРФ явно обостряется. Это видно, например, и по конкуренции между ними за главенство в деле реагирования на те или иные события, относящиеся к международной и внешнеполитической повестке. Так, в конце прошлой недели обе партии провели свои конференции по ситуации в Латинской Америке. При этом СР заранее объявила, что 21 мая будет круглый стол по поводу «фактора США» в данном регионе (см. «НГ» от 18.05.26). А вот КПРФ 23 мая прямо-таки внезапно устроила научно-практическую конференцию «Фидель Кастро, Че Гевара и Уго Чавес – символы мирового революционного процесса». Анонса на сайте и где-либо коммунисты заранее не давали, только постфактум появилась соответствующая новость. Кстати, списки участников и гостей обеих мероприятий частично совпали.
Понятно, что СР, следуя за КПРФ, отыгрывают свою стратегическую роль разбавителя левопротестного электората. Это для них и естественная позиция, и функция, порученная для исполнения по сценарию думской кампании. Однако есть вопрос, зачем коммунисты позволяют себя втягивать и сами втягиваются в такое соревнование, да еще конкурируют с эсэрами в том числе за повестку весьма периферийного свойства? Задача КПРФ очевидно в том, чтобы выйти на широкие массы избирателей, просто недовольных политикой властей, у СР с поддержкой тоже не все хорошо. А воспоминания о латиноамериканских леваках явно интересны для ядерного, да еще и идеологизированного электората, которого у тех же эсэров практически и нет. Так что получается своего рода «нишевизация» обеих партий. Остается понять, добровольное это заточение в узкие рамки или принудительное? Например, под угрозой того, что иначе вообще можно пролететь мимо Госдумы. При этом протестных левых избирателей скорее всего немало, главное, что их надо вытащить на участки. Понятно, что резкая риторика той же СР в адрес властей явно более популярна в массах нежели мемориально-историческая тематика КПРФ, которую та теперь постепенно уводит в тень.
Генеральный директор Центра политической информации Алексей Мухин уверил «НГ», что просто обе партии не смогли пройти мимо актуальной информационной повестки: «Буквально неделю назад Трамп объявил о своих новых претензиях на Кубу и озвучил угрозы в сторону Рауля Кастро. Конечно, наши левые хотят, чтобы о них больше говорили в преддверии избирательной кампании. Поэтому здесь не столько соревнование левыми между собой, сколько заявление каждого о себе». Публикация политических документов друг за другом – это уже программный диалог СР и КПРФ, потому что «сама по себе публикация программы сейчас мало кого волнует, а вот сравнить их может быть интересно». И Мухин подтвердил, что пока неизвестно, как поведет себя левый протестный избиратель. «Пока шансы 50% на 50%, что они останутся дома или придут на выборы. Происходящее может либо вызвать апатию, либо подстегнуть к голосованию. Поэтому и КПРФ, и СР используют любой информационный повод для привлечения внимания и стимулирования электората. И никакой нишевизации пока не видно», – подчеркнул он. Мухин отметил, что многое сейчас зависит от самих партий: «Если левые наделают ошибок, то могут оттолкнуть избирателя. Но пока ошибок явных не просматривается, хотя и кампания еще не началась. Сейчас у левых партий другая проблема: началось интенсивное оживление «Новых людей», которые работают точечно, но эффективно на разные группы электората – и интерес к ним растет».
Глава Политической экспертной группы Константин Калачев пояснил «НГ», по какой причине КПРФ втянулась в борьбу с эсэрами. «Коммунисты не хотят отдавать им эту международную повестку, темы и контакты, которые они так долго нарабатывали. А поскольку СР сыграла на опережение и первая обозначила конференцию по Латинской Америке, то коммунисты вынуждены были идти в фарватере и по-другому выразить свою солидарность с Кубой, Венесуэлой и другими странами, попав в положение догоняющих. Но это не столько реакция на мероприятие СР, сколько попытка перетянуть внимание на себя», – заметил он.
По его словам, стремление СР и КПРФ демонстрировать готовность партий участвовать в мировом левом движении имеет отношение не столько к избирателям, сколько к российской власти. Та и другая партии хотят доказать, что способны продвигать российский нарратив. «У власти есть запрос на формирование пророссийского контура в мире, левые партии стремятся этот запрос удовлетворить. У СР – Совинтерн, у КПРФ – Антифашистский форум. У каждого – свое, но вместе они делают общее дело», – настаивает Калачев. При этом он не считает, что КПРФ и СР «нишевизируют» левую повестку. «Надо сперва понять размеры левого протестного избирателя, много ли его. Но одно ясно уже заранее: левые, как правило, как раз ходят на выборы, они более дисциплинированы, чем правые и либералы. Надо откровенно разочаровать левого избирателя, чтобы он остался дома. А если не разочаровывать специально, то на выборы он придет. И здесь перед властью по-прежнему стоит важная задача дробить голоса», – полагает Калачев.
Иван Родин 
