Как вербовались кадры в научно-инженерную сферу СССР накануне Войны

Яков Исидорович Перельман в своем рабочем кабинете. Фото 1934 года

Яков Исидорович Перельман родился 4 декабря (22 ноября по ст. ст.) 1882 года в уездном городе Белостоке Гродненской губернии в семье счетовода и учительницы. На его долю выпала редкая удача – он создал новый жанр: «занимательная наука».

Изобретение жанра

Выпускник скромного Лесного института в Санкт-Петербурге, ответственный секретарь журнала «Природа и люди», который выходил в издательстве Петра Сойкина, Яков Исидорович Перельман с 1908 года  начинает работать над своей «Занимательной физикой». Рукопись книги была готова еще в 1911 году, но Сойкин колебался с запуском ее в печать:  уж слишком необычная по форме подачи материала была эта книга. Наконец в 1913 году вышла в свет первая часть этой книги, а в 1916-м – вторая.

«Издание этой книги, вышедшее в 1913 году, встретило заслуженное одобрение; это была действительно занимательная книга, интересная даже для специалиста по физике, – отмечал в рецензии на издание 1916 года  автор фундаментального «Курса физики», член-корреспондент Петербургской академии наук Орест Хвольсон. – Как видно из предисловия, второе издание существенно отличается от первого. «В целях освежения материала, – пишет автор, – более 1/4 книги написано вновь; удалено преимущественно все то, что уже появлялось в других сборниках и успело примелькаться. Остальной текст заново проредактирован. От всех этих изменений книга, несомненно, еще значительно выиграла. В ней собран обширный и разнообразный материал; изложение ясное и правильное, рисунки замечаний не вызывают; восемь стереоскопических картин, большею частью из области астрономии, выполнены очень хорошо. Никаких ошибок в научном отношении в книге не нашлось».

Жанр, изобретенный Я.И. Перельманом, определил целую эпоху в развитии научной популяризации. «Все авторы, работающие в научной популяризации, «вышли» из перельмановской «Занимательной физики», как из гоголевской «Шинели», – подчеркивается в одном из недавних переизданий «Занимательной физики».

Богатый потенциал «Занимательной физики» – богатый и в коммерческом, и в интеллектуальном смысле – стал очевиден сразу. Сам Я.И. Перельман суть нового жанра сформулирует в 1939 году так: «Кто вздумал бы судить о занимательной науке, исходя только из буквального смысла карамзинского слова «занимательный», тот, вероятно, отождествил бы ее с наукой развлекательной, увеселительной. Однако простая справка в «Толковом словаре русского языка» показывает, что сущность дела здесь вовсе не в простой развлекательности: «занимательный, возбуждающий интерес, внимание». Это кратко, но вполне правильно характеризует одну из существенных черт занимательной науки».

Почувствовав, что здесь открывается огромный читательский рынок, ленинградское кооперативное издательство «Время» (существовало с 1922 по 1934 год. Членами правления помимо Я.И. Перельмана были академики А.Е. Ферсман, С.Ф. Ольденбург и др. Активное участие в работе издательства принимал М. Горький) начинает выпускать в 1926 году серию «Занимательная наука». «Задача серии – давать научные сведения в возможно более живом, общепонятном изложении, построенном так, чтобы чтение книги, являясь не утомительной работой, а отдыхом и развлечением даже для самого далекого от науки читателя, незаметно вводило бы в круг идей соответствующих наук», – отмечалось в редакционной статье к каталогу издательства «Время» за 1929 год. В итоге «Время» выпустило 39 книг в этой серии. И помимо шести книг Я.И. Перельмана были изданы:

Профессор С.П. Аржанов. Занимательная география;

К.Е. Цингер. Занимательная авиация;

В.В. Рюмин. Занимательная химия. Опыты и развлечения из области химии;

Академик А.Е. Ферсман. Занимательная минералогия;

Профессор А.М. Никольский. Занимательная зоология;

В.В. Рюмин. Занимательная электротехника. Опыты и развлечения из области электротехники;

В.В. Рюмин. Занимательная электротехника на дому и самодельные электрические приборы;

К.Е. Вейгелин. Занимательная авиация;

Профессор А.В. Цингер. Занимательная ботаника.

Очень быстро «Занимательная наука» набрала тираж более 2 млн  экземпляров. После 1934 года серия продолжала выходить в издательствах ОНТИ, «Молодая гвардия», «Начатки знаний».

С Фонтанки – на Луну и Марс

Перельман отмечал, что он составляет физический и математический комментарий к литературе и явлениям окружающей жизни. По-видимому, исходя из этой логики, в 1935 году Перельман с несколькими такими же энтузиастами создает невиданную в России (да и в мире тоже; в США нечто подобное, интерактивный музей Exploratorium, будет создан Франком Оппенгеймером в конце 1960-х) форму пропаганды научных знаний: культурно-просветительский центр «Дом занимательной науки» (ДЗН). Он открыл свои двери 15 октября 1935 года по адресу: Ленинград, набережная  реки Фонтанки, 34. В четырех отделах ДЗН (астрономия, физика, математика, география) было собрано более 350 экспонатов, огромное количество наглядного материала: диапозитивов, карт, схем, фотографий, рисунков. В методический совет ДЗН входили академики Д.С. Рождественский, А.Е. Ферсман, А.Ф. Иоффе, Н.И. Вавилов, выдающиеся физики М.П. Бронштейн и Э.П. Халфин, писатель Л.В. Успенский, художник А.Я. Малков.

Масштаб интеллектуальных притязаний ДЗН впечатляет. В путеводителе по ДЗН (1940) его составители так определяют задачи Дома занимательной науки: «Яблоко, упавшее с дерева, дало великому Ньютону повод к глубоким размышлениям, которые привели его к открытию всеобъемлющего закона природы – закона всемирного тяготения. Но находить в старом новое умеет не всякий, и далеко не всякий склонен глубоко задумываться над тем, что постоянно совершается перед глазами. Чтобы привлечь внимание к таким обыденным явлениям, надо показать в них новые неожиданные стороны.

Подобный метод пропаганды научных знаний положен в основу своеобразного просветительского учреждения – Дома занимательной науки в Ленинграде… Незаметно овладевая вниманием, подстрекая любознательность, экспонаты дома порождают настойчивое желание дознаться разрешения заложенных в них научных загадок».

Успех ДЗН у публики превзошел все ожидания его организаторов. Дом занимательной науки посетили: в 1936 году – 62 тыс. человек, в 1939-м – 84 тыс., а за первую половину 1940 года – около 49 тыс. человек. Школьники составили более 50% всех посетителей. За пять лет, с 1935 по 1940 год, через ДЗН прошло около 400 тыс. посетителей.

Некоторые из  образцов издательской программы Дома занимательной науки.

Есть у этих брошюр и одна общая черта. Почти в каждой книжке Я.И. Перельман не перестает провоцировать любопытство потенциальных посетителей ДЗН. «Для чего существует ДЗН? Чтобы возбуждать интерес к вопросам научного знания и побуждать к самообразовательной работе», – сообщалось с обложки одной из брошюр («Вечные двигатели», 1939). «Через каждые 20 минут отправляются экскурсии на Луну и Марс из Дома занимательной науки. Ленинград, Фонтанка, 34» – объявление на обложке другой книжки, «Солнечные затмения» (1941). А вот рекламный текст из книжки «Одним росчерком»: «Сколько весит Солнце? Какое расстояние до ближайшей звезды? Как ученые «взвешивают» и измеряют небесные тела? На эти и многие другие интересные вопросы из различных областей знания Вы получите ответ в Доме занимательной науки, Фонтанка, 34. Открыт ежедневно с 11 до 19 часов» (1940).

По подсчетам Льва Разгона, с 1938 года и до начала Великой Отечественной войны Перельман, как редактор и составитель в издательстве Дома занимательной науки, участвовал в подготовке 15 таких «наладонных» книжечек. К середине 1941 года, согласно моим библиографическим изысканиям, ДЗН выпустил около 40 таких брошюр. Одна из последних, изданная ДЗН, – «Квадратура круга». Она была подписана в печать 16 апреля 1941 года.

Я.И. Перельман отмечал в 1940 году: «Издавать общедоступную книгу в количестве 10–20 тыс. экземпляров при нашей огромной читательской аудитории почти все равно, что не печатать книги вовсе. Надо заботиться не только о создании хорошей книги, но и о том, чтобы она печаталась большим тиражом и достаточно часто переиздавалась». Похоже, что Перельман, говоря это, имел в виду именно книжки, изданные Домом занимательной науки. Ведь самая «малотиражная» среди них – «Солнечные затмения» – вышла в количестве 50 тыс. экземпляров. Стандартный же тираж этих изданий – 100 тыс., а книжка «Одним росчерком. Вычерчивание фигур одной непрерывной линией» имела тираж и вовсе – 200 тыс. экземпляров! Причем некоторые из этих книжек (например, «Арифметические фокусы» и та же «Одним росчерком…») переиздавались по нескольку раз.

Исчезнувший материк

Между тем этот гигантский массив научно-популярной литературы фактически ускользнул от книговедческого анализа. Так, книговед Г.И. Бахтурина отмечает, что наиболее крупными издателями естественно-научных популярных книг в 1930-е годы были три: ОНТИ, Детгиз (до своего расформирования) и Издательство Академии наук СССР. В 1938 году отечественную и переводную научно-популярную литературу в СССР издавали около 30 издательств. Продукция 12 из этой тридцатки составляла 82,4% названий и 88% тиража научпопа в стране (Бахтурина Г.И. Издание научно-популярных книг по естествознанию в годы первых пятилеток (1928–1941) // Книга и культура. М., 1979). Известный отечественный книговед, историк технической книги А.Я. Черняк приводит такие данные: в 1939 году общий тираж научно-популярных изданий в СССР подобрался к 1,3 млн экземпляров (без учета справочной и учебной литературы).

Сравните эту статистику с данными, которые мне удалось установить, просмотрев de visu выпуски книжек ДЗН из частной коллекции. В 1939 году  общий тираж книжек ДЗН составил как минимум 850 тыс. экземпляров: «2 х 2 = 5» – 200 тыс.; «Вечные двигатели…» – 100 тыс.; «Быстрый счет» – два издания по 100 тыс.; «Арифметические фокусы» – 100 тыс.; «Фазы Луны» – 50 тыс.

Но издание научно-популярных книг и периодики в СССР быстро набирало обороты. В 1940 году суммарные тиражи этой литературы в СССР подскочили до 13 млн экземпляров. Как бы там ни было, за три года,  с 1938 по 1941-й, Домом занимательной науки выпущено свыше 30 брошюр общим тиражом свыше 4 млн экземпляров. То есть издательская программа ДЗН составила почти треть всей научно-популярной литературы в СССР накануне войны. Но почему же об этом никто и нигде не писал и не отмечал этот факт? По существу, речь идет об исчезнувшем книжном материке научно-популярной литературы.

Похоже, что издания ДЗН просто не учитывались в официальной книжной статистике. Можно предположить, что такое положение дел несколько задевало и самолюбие Я.И. Перельмана. Во всяком случае, в 1937 году он отмечал: «Общее число экземпляров всех написанных мною книг и брошюр (около 40 названий), разошедшихся в послереволюционное время, достигает 3 000 000, не считая переводов на национальные и иностранные языки. Более половины этого тиража (1 700 000 экз.) падает на 15 книг популярно-научного характера; остальные – учебные руководства... При такой тяге к знанию неудивительно, что серия книг, в доступном изложении охватывающая круг точных наук – от арифметики и начатков геометрии до элементов алгебры, физики и астрономии, – имеет успех».

Очевидно, что оценить влияние на общество даже такого гигантского неучтенного корпуса научно-популярной литературы можно только косвенно. Уровень «шума» при оценке значимости тех или иных факторов в социальном процессе всегда очень высок. Устранить его или по крайней мере существенно снизить позволяют большие статистические ряды. Здесь мы можем опираться на данные официальной статистики.

В 1930-е годы в Советском Союзе очень быстро растет выпуск инженеров разных специальностей (см. таблицу). По сравнению с 1926 годом в 1939-м количество инженеров в СССР увеличилось в 7,7 раза.

И вот тут-то как раз  можно говорить, что вклад от деятельности Дома занимательной науки в целом и от его издательской программы в частности в привлечение молодежи в инженерно-научную сферу и оказался одним из тех значимых факторов.