Кадры в Тбилиси решают всё?

Бывшие соратники Ираклия Кобахидзе (в центре) обвиняют его в нанесении «непоправимого ущерба» стране и правящей партии. Фото с сайта www.gov.ge

У правящей партии «Грузинская мечта» возникла проблема, которую невозможно списать ни на оппозицию, ни на ЕС, ни на многочисленных внешних недоброжелателей. Речь идет о кадрах. Точнее, о том, что происходит с людьми, которые еще совсем недавно находились на самой вершине правящей системы.

Самый болезненный пример – Ираклий Гарибашвили. Это не рядовой функционер, случайно оказавшийся рядом с властью. Он дважды был премьер-министром Грузии, возглавлял «Грузинскую мечту», руководил МВД и Министерством обороны и на протяжении многих лет считался одним из наиболее преданных соратников основателя партии Бидзины Иванишвили. Именно поэтому его нынешнее положение наносит по престижу власти куда больший удар, чем уголовное дело против любого другого бывшего чиновника.

В январе 2026 года Гарибашвили заключил процессуальное соглашение с прокуратурой, признал вину в отмывании денег и согласился провести пять лет в тюрьме. Казалось бы, на этом его политическая карьера закончилась. Но уже летом бывший премьер нарушил молчание и начал публиковать открытые письма, в которых раскрыл историю о внутрипартийной борьбе, предательстве и попытке окончательно устранить его из грузинской политики.

Гарибашвили утверждает, что против него готовили новое уголовное дело именно для того, чтобы гарантировать его невозвращение в политику. Особое место в его заявлениях занял другой тяжеловес «Грузинской мечты» – Мамука Мдинарадзе. По словам бывшего премьера, еще 21 июля он получил от Мдинарадзе письмо с предупреждением о возможности нового обвинения.

Мдинарадзе все категорически отрицал и называл утверждения бывшего соратника несерьезными и абсурдными. Но ситуация приобрела совершенно иной оттенок 24 августа, когда Гарибашвили действительно предъявили новое обвинение – на этот раз в получении взятки в особо крупном размере. По версии прокуратуры, речь идет о 750 тыс. лари (24 750 000 руб.) за покровительство коррупционной схеме при закупке медицинского оборудования Министерством обороны.

Безусловно, это не доказывает версию Гарибашвили. Более того, прокуратура утверждает, что расследование было начато 12 августа, еще до публикации его первого письма. Но для политического имиджа партии важна не только юридическая сторона вопроса. Возникает куда более неприятный вопрос: как человек, дважды возглавлявший правительство, руководивший правящей партией, МВД и Минобороны, вообще оказался в такой ситуации?

Если Гарибашвили действительно совершал инкриминируемые ему преступления, значит, налицо серьезнейшие просчеты в кадровой политике самой «Грузинской мечты». Как подобный человек столько лет занимал ключевые государственные должности? Если же хотя бы часть утверждений бывшего премьера о внутрипартийной борьбе соответствует действительности, проблема становится еще серьезнее: тогда речь идет уже не только о коррупции, но и о глубоком конфликте внутри самой системы.

На этом фоне особенно примечательно выглядит судьба Мамуки Мдинарадзе. Один из наиболее узнаваемых и влиятельных представителей власти, долгие годы выступавший фактически одним из главных политических голосов «Грузинской мечты», 27 августа неожиданно объявил не просто об отставке, а об уходе из политики вообще.

Сам Мдинарадзе категорически отрицает связь своего решения с заявлениями Гарибашвили. И оснований утверждать обратное пока нет. Но в политике значение имеет и хронология: бывший премьер публикует письма и обвиняет Мдинарадзе, ему действительно предъявляют новое обвинение, а через несколько дней один из главных представителей правящей команды покидает политическую сцену.

Теперь Гарибашвили идет еще дальше. Из тюрьмы он обвиняет уже непосредственно Мдинарадзе и премьер-министра Ираклия Кобахидзе в нанесении «непоправимого ущерба» стране и самой «Грузинской мечте». Партия отвечает столь же жестко, говоря о политической и моральной деградации своего бывшего лидера.

Вот здесь и возникает главная проблема. Перед обществом спорят уже не власть и оппозиция. Друг друга обвиняют люди, которые много лет вместе управляли страной и составляли политическое ядро одной команды.

Для «Грузинской мечты» это крайне неприятная ситуация. Партия может победить оппозицию, выдержать давление улицы и спорить с Брюсселем. Но значительно сложнее объяснить избирателю, почему ее собственные бывшие лидеры один за другим превращаются из символов успешного управления сначала в фигурантов уголовных дел, а затем – в непримиримых противников вчерашних соратников.

Поэтому история Гарибашвили – это уже не только история Гарибашвили. Это вопрос качества кадрового отбора, внутренней ответственности и способности «Грузинской мечты» объяснить, что происходит с людьми, которым она годами доверяла управление государством.

Как ни парадоксально, кадровая проблема существовала и раньше. «Грузинская мечта» неоднократно сталкивалась с тем, что ее наиболее заметные лица исчезали с политической сцены практически так же внезапно, как когда-то на ней появлялись, несмотря на то что на протяжении многих лет представлялись избирателю в качестве ключевых фигур политической жизни страны.

Что еще хуже, некоторые из них не просто покидали правящую команду, но впоследствии активно вовлекались в политическую борьбу уже против своей бывшей партии. Достаточно вспомнить экс-премьера Грузии Георгия Гахария, который из одного из главных лиц «Грузинской мечты» превратился в ее политического оппонента.

Получается, что за годы пребывания у власти «Грузинская мечта» так и не смогла сформировать четкий и устойчивый механизм внутрипартийного отбора и политической преемственности, который позволял бы предотвращать подобные эксцессы или хотя бы минимизировать их последствия.