Константин Радзиванович
На фото мемориал жертвам конфликта 1982 в Буэнос-Айресе. Фото Reuters
Мальвинские (Фолклендские) острова вновь на слуху. Аргентинское правительство вводит санкции против компаний, работающих на них с санкции Великобритании. Всего в аргентинском черном списке – 50 фирм: британских, шведских, казахских, датских, американских и т.д. 45 из них уведомили об этом 4 сентября, 15 – в среду, 9 сентября. 11 сентября на Огненную Землю прилетают министр обороны Аргентины Карлос Прести и глава МИД Пабло Кирно, чтобы осмотреть площадку под будущее строительство военной базы, максимально близкой к архипелагу, который и в Буэнос-Айресе, и в Лондоне считают своим. Мальвинские (Фолклендские) острова – это Аргентина, уверяет президент страны Хавьер Милей. И это мнение разделяют все политические силы Аргентины.
В предвыборных речах в 2023 году Милей намекал, что у него есть идеи по возвращению островов. В последнем его послании воинственный настрой чувствовался особенно сильно. Он заявил, что подписал декрет об увеличении ресурсов Министерства обороны, чтобы оно построило интегрированную военно-морскую базу в провинции Огненная Земля. Кроме этого, было заявлено, что Аргентина введет санкции в отношении иностранных компаний и их подрядчиков, которые будут вести хозяйственную деятельность на островах. И дело здесь в том, что в 2010 году в 220 км к северу от архипелага было обнаружено значительное месторождение нефти (запасы оцениваются в 400 млн барр.). Ожидается, что добыча начнется в 2028 году и займет 35 лет. Основным разработчиком месторождения будет компания с израильскими и британскими корнями. За это время Фолклендские острова, чье население составляет всего 3700 человек, получат 4 млрд фунтов стерлингов прибыли от нефтедобытчиков.
Каковы же шансы аргентинцев на возвращение спорных островов? Или они так и останутся в том же образе, что гора Арарат для армян – просто красивой ностальгией-мечтой? Сложно представить, что Аргентина может решиться на новую войну с Великобританией.
В самый разгар так называемой Грязной войны (она длилась с 1976 по 1983 год и представляла собой череду репрессий и бессудных расправ с противниками тогдашних властей Аргентины) в 1982 году аргентинские генералы во главе с Леопольдо Галтьери попытались решить вопрос силой. Они отправили на острова военные части в надежде, что Великобритания не будет ввязываться в войну из-за далеких неприветливых островов. Но Маргарет Тэтчер, бывшая в то время премьер-министром, решила иначе. На Фолкленды была направлена целая эскадра военных кораблей. Война длилась 74 дня. Погибли 746 аргентинцев и 256 британцев. Аргентина капитулировала. Фолкленды остались официальной заморской территорией Великобритании.
Во время этой войны многие смотрели на реакцию США, так как военный конфликт происходил в Западном полушарии. И Аргентина, и Великобритания были тогда близкими союзниками США в их борьбе с коммунизмом. Но Рональду Рейгану пришлось определяться, на чью сторону встать. США поддержали англичан.
Сегодня мир изменился. Отношения с США у каждой из двух стран складываются по-разному. Если Милей – явный любимчик Дональда Трампа, то сказать подобное про премьеров Великобритании, да и про страну в целом, сложно. Трамп в своем последнем интервью британской телекомпании GB News дал понять, что в новом возможном конфликте Великобритании с Аргентиной не стал бы помогать Лондону. Он уже не в первый раз отметил, что Великобритания ослабла по сравнению с тем временем, когда проходила война за острова, а также напомнил, что не так давно она уступила Маврикию архипелаг Чагос.
Конечно, такая оценка от главного союзника Аргентины и тем более намеки на возможное изменение позиции по вопросу Мальвинских (Фолклендских) островов крайне воодушевляют аргентинцев. Но воодушевления все же недостаточно, чтобы вернуть острова. На что же все таки они надеются? Ведь ко всему прочему в 2013 году на островах был проведен референдум, где 99,8% голосовавших высказались за сохранение статуса заморской территории Великобритании.
Возможно, Аргентина делает ставку на то, что Великобритания действительно перестанет быть великой? Для такого вывода, наверное, есть основания. Рост британской экономики в последние годы замедлился, идентичность страны постепенно растворяется в миграционных приливах. Кроме того, тут еще появилась вероятность нестабильности в Европе, и кто знает, как это повернется для Великобритании.
Нужно учесть, что первым шагом к появлению самой Аргентины в свое время явились как раз европейские события: Наполеоновские войны в начале XIX века, которые подкосили испанскую монархию на Пиренейском полуострове и ослабили ее позиции в колониях. В мае 1808 года Наполеон арестовал испанского короля вместе с членами его семьи и посадил на трон своего брата Жозефа. Именно тогда, в мае 1810 года, в Буэнос-Айресе, тогдашней столице испанского вице-королевства Рио-де-ла-Плата, которое включало территории современных Аргентины, Боливии, Парагвая и Уругвая, произошла майская революция. Вице-король Бальтасар Сиснерос был отстранен от власти. Таким образом, в результате далеких европейских войн фактически произошли тектонические политические изменения на Южно-Американском континенте – было покончено с испанским господством и стали возникать независимые латиноамериканские государства. И хотя формально Декларация независимости Соединенных провинций Южной Америки от испанской короны была провозглашена 9 июля 1816 года, что и считается днем рождения Аргентинской Республики, но начало этому процессу положили именно победы Наполеона.
В 1833 году, когда британцы «попросили» аргентинских переселенцев покинуть острова, на территории современной Аргентины была рыхлая Аргентинская конфедерация. В этот период ее внешнюю политику определял губернатор провинции Буэнос-Айрес Хуан Мануэль де Росас. Именно он был первым, кто не признал британского захвата Мальвинских островов в 1833 году и заявил по этому поводу протест. Аргентина продолжала считать острова своей территорией и именовала их Мальвинскими. Сам каудильо (так называли военных диктаторов в Испании и странах Латинской Америки) Росас предпринимал различные шаги в направлении возвращения островов, что не помешало ему после изгнания из Аргентины остаток жизни доживать в Англии. Британская же сторона систематически отказывалась обсуждать этот вопрос, считая его закрытым раз и навсегда. Благодаря непрерывным протестам Аргентина сохранила юридическую позицию – и именно на эту цепочку протестов, начатую при Росасе, аргентинская дипломатия опирается до сих пор. Претензия на Мальвины даже была закреплена в 1994 году в Конституции, где установление суверенитета над островами было объявлено неотъемлемой целью, достижимой мирными средствами.
Возможно, в истории возникновения республики нынешние аргентинцы как раз и видят будущий сценарий возвращения островов. Как 200 лет назад, когда из-за ослабления испанской монархии появились многочисленные государства Латинской Америки, так и сегодня по мере ослабления Великобритании могут сложиться обстоятельства таким образом, что Фолклендские острова останутся без надежной защиты со стороны метрополии. Конечно, ослабление современной Великобритании – лишь возможный исторический поворот, последствия которого мало прогнозируемы. Но, видимо, Милей что-то чувствует или что-то лучше знает. А быть может, все объясняется совсем просто. Патриотические речи и воинственность Милея – лишь начало нового предвыборного цикла, который президент хотел бы завершить переизбранием в 2027 году.
