Андрей Захватов
В Горном Бадахшане гостям всегда рады.
Фото со страницы президента Таджикистана в Flickr
Президент Таджикистана Эмомали Рахмон посетил Горно-Бадахшанскую автономную область и призвал активнее развивать туризм. Выступая 27 сентября в Хороге на торжествах по случаю 35-летия независимости республики, он предложил шире использовать природное и культурное богатство региона. Памир, Ваханская долина, озера Сарез и Каракуль, целебные источники и традиции местных жителей действительно способны привлекать путешественников. Однако превращение этих возможностей в устойчивый источник доходов требует большего, чем рост числа иностранцев в отчетах.
В странах Центральной Азии туристическую статистику нередко представляют как одно из свидетельств экономического успеха. Между тем такие сведения отвечают лишь на часть вопросов. Для оценки состояния отрасли необходимо знать, с какой целью люди приезжают, сколько времени проводят в стране, какими услугами пользуются и сколько денег оставляют местному бизнесу.
Показателен пример Таджикистана. По данным Агентства по статистике при президенте республики, в 2025 году страну посетили 2 млн 104,7 тыс. иностранных граждан. Из них к туристам были отнесены 1 млн 784,4 тыс. человек. Таким образом, распространение общего показателя въезда на туристическую отрасль завышает ее масштабы уже на уровне прочтения отчета. При этом ведомство эти категории разделяет. В первом квартале 2026 года туристами были признаны 371,3 тыс. приезжих – на 20,9% больше, чем за тот же период годом ранее.
Есть и другая особенность: в 2025 году 91,8% иностранных посетителей Таджикистана прибыли из стран СНГ. Эти данные показывают географию потока, но не позволяют определить, какая его часть связана с отдыхом, какая – с деловыми поездками, а какая – с посещением родных. Для региона, где семьи и хозяйственные связи разделены государственными границами после распада СССР, такое уточнение особенно существенно.
Вместе с тем записывать всех приезжающих к родственникам в «ненастоящие» туристы было бы неверно. Международная методология допускает учет личных и деловых поездок за пределы обычной среды проживания. Туристом считается посетитель, который остается хотя бы на одну ночь; для въездного туризма имеет значение страна постоянного проживания, а не только гражданство. Поэтому семейный визит сам по себе не свидетельствует о манипуляции статистикой. Но и любое пересечение границы автоматически туристической поездкой не становится.
Проблема возникает, когда разные по экономическому содержанию поездки объединяют в одну внушительную цифру и предъявляют ее как доказательство процветания отрасли. Человек, остановившийся у родных, организованная экскурсионная группа и участник дорогостоящей горной экспедиции формируют разный спрос. Одному не нужна гостиница, другой оплачивает проживание и экскурсии, третьему необходимы проводники, транспорт и снаряжение. При одинаковом числе приездов выручка местных предприятий может заметно различаться.
Поэтому механически умножать туристический поток на условные средние расходы нельзя. Упоминаемые в подобных расчетах суммы в 300 или 1200 долл. на человека требуют объяснения: за какой период они получены, кого опрашивали, какие траты учитывали. Без этого расчет доходов превращается в предположение. В приведенных сообщениях таджикского статистического ведомства о числе посетителей данных об их расходах нет. Это ограничивает возможности оценки, но не дает оснований объявлять сам учет недостоверным.
Полезное сравнение дает Франция. По сведениям национального агентства Atout France, в 2025 году она приняла 102 млн иностранных туристов, а международные туристические поступления достигли 77,5 млрд евро. В олимпийском 2024 году показатели составляли 100 млн и около 71 млрд евро соответственно. Речь идет о поступлениях от иностранных посетителей, а не о прямых доходах государственного бюджета. Смысл этого примера в том, что число прибытий рассматривается вместе с денежным результатом. Именно такой подход необходим Центральной Азии.
У региона есть очевидные преимущества. Исторические города Узбекистана, горные маршруты Таджикистана и Киргизии, природные и культурные достопримечательности Казахстана позволяют развивать разные направления путешествий. Доход от приезжих способен быстро менять жизнь небольших населенных пунктов. Характерный эпизод связан с наплывом людей к народному травнику в таджикский Комсомолабад, ныне Нурабад, в начале 1990 года. По воспоминаниям автора, жители принимали гостей во дворах, покупали раскладушки и постельное белье, готовили еду, зарабатывали на перевозках. Этот случай не позволяет судить о результатах лечения, но показывает хозяйственный эффект спроса на размещение, питание и транспорт. Деньги получали непосредственно местные семьи.
Для Горного Бадахшана такая связь туризма с доходами населения особенно важна. На встрече с руководителями области 28 сентября Рахмон указал на необходимость улучшать обслуживание, доступность удаленных объектов, связь и интернет, готовить гидов и привлекать инвестиции. Тем самым за официальными сообщениями о туристическом потенциале обозначился конкретный круг нерешенных задач.
Оценивать их решение следует по тому, насколько дольше гости остаются в регионе, растет ли загрузка гостиниц, появляются ли устойчивые рабочие места и получают ли заказы местные предприниматели. Нужны сопоставимые сведения о ночевках, расходах путешественников и сезонности спроса. Тогда увеличение потока станет понятным экономическим показателем. Пока же рекордное число посетителей сообщает прежде всего о масштабах передвижения людей. Успех туристической политики определяется тем, какую пользу эти поездки приносят принимающей территории и ее жителям.
