Философский ремонт для "эпистемического кентавра"

Фото Reuetrs

В выпуске «НГ-науки» от 20 октября 2026 года был опубликован любопытный текст. Большая группа авторов, 17 человек, обнародовала «Манифест эпистемического кентавра: генеративный искусственный интеллект в исследовательском цикле наук о человеке и обществе» (журнал «Высшее образование в России», 2026). Авторы полагают, что они нашли в единстве сознания и ИИ достойный ответ вызовам, которые привнес с собой в науку генеративный ИИ. Коллектив исследователей предлагает своеобразное решение гносеологических проблем современности, вводя концепт нового «функционального субъекта познания».

Однако авторы, выступая на поле эпистемологии, обходятся без какого-либо самоопределения относительно ее направлений. Отсутствие такого самоопределения является широко распространенной стратегической ошибкой мышления. Избегая ее, я исхожу из развитой мной теории концептуальной трансдукции (направление в философии науки, разработанное для объяснения прироста и качественного обновления научного знания при переходе между различными когнитивными средами, включая ИИ; позволяет обосновать целостность и взаимосвязь всей системы современного научного знания).

В свете ее содержания очевидно, что авторы не справляются с принципом теоретической репрезентации, согласно которому любые явления даны нам не иначе как в форме некоторых (научных или ненаучных) теоретических представлений.

В первом предложении тезиса 1.1 авторы сопоставляют, с одной стороны, быстро изменяющиеся явления, а с другой – их научное описание. Они полагают, что явления опережают их научное осмысление, из-за чего возникает разрыв между ними.

Во-первых, обратим внимание на следующее обстоятельство: поскольку явления даны нам не непосредственно, а как формы теоретических представлений, они не могут опережать их или же отставать от них. Во-вторых, правильно утверждать, что часто (но не всегда) ненаучные представления предшествуют научным. По сути, авторы предположили, что ненаучные представления мобильнее научных. Это всего лишь гипотеза, которая требует доказательства.

Зафиксировав противопоставление профанного и научного знания, авторы отправляют предмет своего первоочередного интереса, ИИ, на его «постоянное место жительства» в область профанного знания. Такой произвол не заслуживает одобрения. Здесь кроется ключевая методологическая ошибка: ИИ ошибочно трактуется лишь как прикладной цифровой инструмент.

На самом деле, искусственный интеллект – это не просто прикладная дисциплина внутри информатики, а самостоятельная комплексная отрасль науки, развивающаяся на стыке математики, логики и информатики. Математика и логика создают абстрактные объекты и правила вывода, информатика дает материальный программный субстрат, а ИИ выступает как суверенная теоретическая форма. В качестве научного достижения ИИ относится непосредственно к науке, обладая собственным предметом изучения и методами репрезентации реальности.

Первый раздел статьи заканчивается утверждением, что «Концептуальный язык описания человека и общества попадает в зависимость от логики обучения искусственного интеллекта, что влечет за собой формирование усредненных исследовательских стратегий, нечувствительных к цивилизационным различиям». Это ошибочная оценка потенциала ИИ. Авторы явно недостаточно знакомы с философией ИИ. Правильное использование искусственного интеллекта позволяет адаптировать его достижения к любым различиям, в том числе цивилизационным.

Второй раздел манифеста начинается с утверждения, что ответом на обсуждаемый вызов является «эпистемический кентавр» – как совместная деятельность человеческого сознания и ИИ. По сути, речь идет не больше и не меньше, как о научно оправданном использовании ИИ в междисциплинарных исследованиях. Мифический образ кентавра здесь неуместен, как неуместно и акцентирование внимания на единстве сознания и ИИ.

Сознание – это ментальное представление разнообразных теорий, в том числе теории ИИ. Искусственный интеллект, в свою очередь, – это совокупность некоторых теорий. Рассматривая потенциал ИИ, разумно сравнивать его с потенциалом других теорий. С позиции теории концептуальной трансдукции, интеграция ИИ в иные дисциплины – это не слияние в «кентавра», а сложный процесс переноса и трансформации смыслов между разными теоретическими системами. Так, если ИИ используется в медицине, то целесообразно рассматривать строгие интертеоретические отношения ИИ с медицинскими теориями.

Резюмируя критический разбор «Манифеста», представляется необходимым предложить несколько практических ориентиров для ухода от иллюзорных метафор к прагматичной научной работе.

1. Отказ от антропоморфизации ИИ.

Не стоит искать в искусственном интеллекте «соавтора», «субъекта» или мифическую половину «кентавра». Понимая ИИ как отрасль науки, построенную на высшей математике, его потенциал нужно рассматривать не через призму психологии, а через строгие интертеоретические отношения. При внедрении ИИ в гуманитарные или естественнонаучные дисциплины необходимо глубоко анализировать, как математико-векторная модель соотносится с фундаментальной теорией данной предметной области.

2. Последовательное развитие междисциплинарных связей.

Генеративный ИИ – это великолепный междисциплинарный интегратор, но он не отменяет специфику гуманитарного и естественнонаучного знания. Междисциплинарность сильна тогда, когда каждая наука четко осознает свои границы и свой концептуальный язык, а не сливается в «усредненные стратегии», слепые к цивилизационным различиям.

3. Возвращение философии ИИ статуса главного арбитра.

Сегодняшнее увлечение ИИ часто страдает методологической слепотой именно из-за игнорирования эпистемологии. Философия ИИ – это не абстрактные рассуждения о «восстании машин», а жесткий инструмент, который позволяет прояснить основания, на которых строятся алгоритмы обучения, понять точные границы применимости машинных моделей и защитить научное знание от превращения в профанное и поверхностное.

Вызовы, которые бросает нам генеративный ИИ, требуют не создания новых мифологических сущностей, а капитального ремонта нашего эпистемического фундамента. Только опираясь на развитые гносеологические теории (включая теорию концептуальной трансдукции) и помещая философию ИИ на ее законное место в структуре научного анализа, мы сможем сделать искусственный интеллект полноценным, управляемым и глубоким инструментом современной науки.